Продюсер Майк Шинода: 8 треков, о которых вы могли не знать

Продюсер Майк Шинода: 8 треков, о которых вы могли не знать

«Пора бы уже двигаться дальше», «Ну сколько об этом можно ныть?», «Да вы хайпите на смерти Честера с этими треками и концертами „памяти“» — без такого обойтись, увы, не могло. Подобная реакция — это неправильно на 100%, но я не буду судить людей, пишущих такие гадости, потому что, несмотря на грубость, эта реакция — естественная. Для человека со стороны долгое страдание «ближнего» часто превращается в нытье. Ну чего он никак не соберется-то?! Чтобы понять, нужно самому однажды пройти через подобное, чего я даже самому ярому хейтеру не пожелаю.

Не легче массам поверить и в то, что звезды мировой музыкальной сцены устраивают масштабное дорогое шоу не ради денег и хайпа, а чтобы искренне почтить память ушедшего друга. Фанаты часто склонны не видеть в публичных личностях простых людей, и любым их действиям приписывать меркантильный интерес. Многие не хотят верить, что музыканты используют свое влияние и ресурсы, просто чтобы достойно проводить близкого человека и дать фанатам поучаствовать в прощании. Да, Шинода улыбается со сцены, задорно кричит «Make Chester proud!», но что стоит за этой улыбкой? Чего стоило ему и другим участникам группы выйти после этой трагедии на сцену вместе и отыграть шоу? Вот об этом (но не только) и рассказывает Post Traumatic.

В первом же треке EP — Place to Start — под мягкий бит и светлую, но пропитанную грустью мелодию, Майк выдает мысль, с которой он живет последние полгода:

‘Cause Iʼm tired of the fear that I canʼt control this

Iʼm tired of feeling like every next stepʼs hopeless

Iʼm tired of being scared what I build might break apart

I donʼt want to know the end, all I want is a place to start

Потому что я устал бояться, что утрачу надо всем контроль

Я устал от чувства, что следующий шаг будет бессмысленным

Я устал бояться, что рухнет то, что я построил

Я не хочу знать, чем все закончится, все что я хочу — это новое начало

Последняя строчка — невольный (а возможно и продуманный) ответ на вопрос «Что дальше для Linkin Park», который Шинода постоянно видит в сети, да и вживую тоже наверняка слышит. Никто не хочет распада группы, она натурально построена на крови музыкантов-энтузиастов, которые были готовы за идею перебиваться нищенской жизнью и ночевать на студии. Но после такой трагедии трудно собраться, все кажется бессмысленным и безнадежным. Просто дайте Майку и остальным участникам группы время. И примите любое их решение — потому что именно в такие сложные моменты появляются сомнения в том, что ты делаешь. Все действительно может переломиться, взгляды могут поменяться:

Did somebody else define me?

Can I put the past behind me?

Do I even have a decision?

Feeling like Iʼm living in a story already written

Am I part of a vision made by somebody else?

Определяет ли меня кто-то другой?

Могу ли я оставить прошлое позади?

Есть ли вообще у меня выбор?

Чувствую себя так, будто живу в уже написанной истории

Возможно, я — часть чужого замысла?

Заканчивается песня записью нескольких телефонных звонков с соболезнованиями, которые Майк получил после трагедии. Более прямой, но искренний способ поделиться переживаниями сложно представить: «Перезвони мне, если хочешь, если нет — я понимаю, эм, но надеюсь, что скоро увижусь или поговорю с тобой. Ладно, приятель, держись там, увидимся».

Вторая песня — Over Again — прямо рассказывает о том, как Майк готовился к шоу Linkin Park and Friends в память о Честере, о том, как все участники и друзья группы были разбиты, постоянно переписывались и волновались друг за друга. Композиция снова мелодичная, но уже не такая мягкая, с более резкой ударной секцией и гитарой — чем ближе она приближается к финалу, тем «громче» и тревожнее становится. Полусрывающимся голосом Майк выдает все свои чувства, касательно того шоу:

With our friends and our family, in his name, celebrate

Thereʼs no way that Iʼll be ready to get back up on that stage

С нашими друзьями, с нашей семьей, ради него, отметить

Но я был абсолютно не готов вернуться на сцену

My body aches heads spinning this is all wrong

I almost lost it in middle of a couple songs

Мое тело болит, в голове вертится «это все неправильно»

Я практически отключился посреди пары песен

Во втором куплете Майк даже скрывается на откровенную, но понятную агрессию:

What are they saying, Iʼm not raw?

What the fuck you take me for?

All the sudden you hear what Iʼve said a hundred ways before?

I been pushed, I been trapped

Drug myself through hell and back and

Fallen flat and had the balls to start it all again from scratch

Что они там говорят, что я недостаточно силен?

Да за кого, черт возьми, вы меня принимаете?

Внезапно вы услышали, что я повторил уже сотню раз?

Я был под давлением, я был в ловушке

Прошел через ад и вернулся обратно

Был раздавлен, но у меня хватило яиц, чтобы начать все снова с нуля

Но главная мысль песни передает ощущение, знакомое каждому, кто терял близкого человека. Когда придумываешь «ритуал» прощания, пытаешься морально принять тот факт, что человека больше нет — отпускаешь его и ждешь облегчения. Но все еще чувствуешь, что он рядом, и «ритуал» повторяется — ты прощаешься опять и это снова не помогает, превращаясь в бесконечный цикл:

Sometimes you donʼt say goodbye once

You say goodbye over and over and over again

Иногда ты не можешь просто сказать «прощай» один раз

Ты повторяешь это снова и снова

Завершается альбом самым мощным и взрывным треком, с мотивирующими нотками в вокале Майка. Агрессивный бит, жесткая читка, тревожные клавиши и даже небольшое гитарное соло в финале. Майк подводит некий итог всем своим пережитым эмоциям и передуманным мыслям:

Theyʼre watching as I fall, theyʼre staring as I go

I gave until my soul hurt, and never told them so

Theyʼre watching as I fall, to somewhere down below

But maybe Iʼm just falling, to get somewhere they wonʼt

Они смотрят, как я падаю, наблюдают, как я продолжаю путь

Я отдавал, пока душа не начинала болеть, но никогда об этом не говорил

Они смотрят, как я падаю глубоко вниз

Но возможно, я падаю, чтобы попасть туда, куда им не суждено

EP Post Traumatic — удачное сочетание «старого» звука Linkin Park и экспериментов Майка Шиноды в рамках проекта Fort Minor и саундтреков для фильмов MALL и The Raid. Здесь даже можно услышать отзвуки старых демок LP, выпущенных в рамках альбомов Linkin Park Underground — в духе Halo или Pale. Но это не просто мэшап, на основе старого материала Майк создал новый звук, который сложно отнести к хип-хопу, поп-музыке или альтернативе. Здесь всего понемногу, всего в меру. Как однажды сказал гитарист Linkin Park Брэд Дэлсон, когда группа еще называлась Hybrid Theory: «Мы не хотим, чтобы нашу музыку можно было разложить в духе „вот тут у нас рэп секция, а тут рок“ — мы не хотим быть группой типа рок / рэп, мы — Hybrid Theory».

Вот Post Traumatic — это и есть Hybrid Theory. Это отличный альбом, даже вне контекста. Если же знать его историю, знать кем и в каком состоянии он написан, знать, что абсолютно всю работу — от записи и сведения до оформления обложки — Майк проделал один, то ценность его только увеличится. Это максимально личная работа от человека, который написал почти все самые трогательные песни Linkin Park.

Читайте также  Кай Хансен: непосредственность, новаторство и простота

Рецензия на полный альбом появится на сайте в ближайшее время.

Mike Shinoda отвечает на вопросы The Flow

Благодаря компании Warner Music Russia нам удалось увидеть Майка в Лос-Анджелесе и поговорить о его релизе, новой школе рэпа и будущем Linkin Park. Впрочем, первым вопросы начал задавать он.

— Для кого интервью? Для VK?

— Нет. Мы — сайт The Flow.

— Как произносится? The Flow? Понятно. А о чем ваш сайт?

— Мы про молодежь и рэп в России.

— И что, популярен рэп в России?

— По сути, главный жанр среди молодых. Да и не только среди молодых.

— Серьезно? А кого больше слушают, местных артистов или международных?

— Местные артисты на огромном подъеме. Сейчас для них нормально делать концерты на спортивных площадках на тысячи зрителей.

— А ты знаешь, сейчас в Китае рэп-сцена тоже на большом подъеме — но государство начало ему препятствовать. Оно создает много правил. Например, государство не разрешает татуировки (в январе в Китае был принят закон, который является частью стратегии, направленной на сохранение китайских ценностей и развитие «здоровой» культуры — Прим. The Flow). Но у всех рэп-артистов, ясное дело, есть тату — и у них начались проблемы.

Как иностранца, меня очень захватывают такие истории. Здесь в США 17-летние подростки с татуировками на лице читают рэп про то, сколько наркотиков они употребили. Но американское правительство такое: «Извините, вашему ребенку пиздец, но это не наша проблема! Отправьте его куда-нибудь в Северную Корею». (смеется)



Клип «About you» вышел через пару дней после нашего разговора. Имя «Честер» не произносится ни разу — впрочем, и без этого очевидно, о ком трек.

— Давайте об этих подростках и поговорим. Как вам нынешняя новая американская рэп-волна?

— Мне близко многое из того, о чем они поют. У новых хип-хоп артистов, таких как Lil Xan, XXXTentation, Lil Yachty, порой даже у Migos, я слышу мрачные эмоциональные треки. Конечно, у них есть бэнгеры для вечеринок, треки о девчонках и деньгах. Но у этих исполнителей есть тенденция передавать в своих треках неуверенность в себе, депрессивность. Некоторые из них говорят о реально мрачных вещах. Я не уверен, знают ли молодые люди, которым cейчас 14 лет, что ничего подобного в рэпе не было очень долгое время.

Сейчас есть такие артисты, как Brockhampton. В этой группе есть открытые геи, но они читают в очень агрессивной и крутой манере. Они просто хорошие рэперы! Это в новинку, это очень необычно. Рэперы-геи были всегда, но они никогда не говорили об этом так, как сейчас. Я к этому отношусь очень позитивно и для меня это — как глоток свежего воздуха. Я двумя руками за!

— Ваш предыдущий сольный релиз вышел 13 лет назад. Почему так долго?

— Альбом Fort Minor сильно отличался от того, что я делаю сейчас. Поэтому я и не назвал новый альбом Fort Minor, хотя и думал об этом. Музыка, которую я пишу сейчас, все-таки очень сильно отличается по своей энергетике.

Fort Minor появился только потому, что я долго занимался Linin Park, у нас вышло два больших альбома и «Collision Course» с Jay Z, а меня продолжали спрашивать: «Так ты рэпер? Тебе что, нравится хип-хоп?» А я думал: «Вы издеваетесь?» И я решил записать рэп-альбом.

Я хотел это сделать еще будучи ребенком, но теперь у меня были средства, я мог позволить себе оборудование, я знал, как им пользоваться и хорошо ориентировался в студии. Так почему бы мне не записать рэп альбом? Я это сделал, а Jay Z стал исполнительным продюсером, он подсказал, какие треки выбрать. В записи альбома приняло участие много хороших людей, которых я люблю и уважаю, таких как Common, Black Thought и John Legend, а также друзья – Styles Of Beyond, которые были моими партнерами.

Тот подход сильно отличается от того, что я делаю сейчас. Этот год был безумным, много чего произошло, смерть Честера. Я столкнулся со многими трудностями, и, вместо того, чтобы убегать от проблем, решил окунуться в них лицом к лицу и посмотреть, какая музыка может получится из этого. Это мое личное эмоциональное путешествие, у которого есть начало, но нет конца. Это автобиографическая работа.

Первые треки получились очень мрачными, но, постепенно они становятся другими, я начинаю говорить о других вещах — это вторая половина альбома. Мне не терпится, чтобы люди это услышали в июне. Мне также не терпится отправиться в тур, выступать и увидеть фанатов.

— Какие эмоции альбом вызовет у слушателей?

— Для людей, которые были близки к группе, у которых некоторые моменты жизни ассоциируются с ее песнями, смерть Честера стала большой утратой. Я хочу, чтобы первая часть альбома помогла им отправиться в это эмоциональное путешествие вместе со мной. Когда кто-то умирает, все разговоры одинаковые: «Как ты?», «Мне очень жаль», «Что ты будешь делать дальше?» и все такое. И чем больше в твоей жизни людей, тем чаще будут возникать такие диалоги. У Linkin Park есть огромное сообщество фанатов, и, мне кажется, что мы обязаны поговорить с ними об этом. Но я не могу поговорить с каждым лично, поэтому сделать это с помощью музыки — самый лучший вариант. Это позволяет людям почувствовать то, что чувствовал я. В какой-то момент эти вопросы сменяются другим — «А что дальше?» И у меня до сих пор нет ответа на этот вопрос. Мне нравится думать, что, если существует некая эволюция карьеры и музыки, то я могу продолжать этим заниматься и делиться с людьми в реальном времени. Что-то происходит — и они сразу это видят. У меня произошло какое-то событие — оно сразу в социальных сетях, на видео, обсуждается во время шоу. Все происходит сразу.



2005 год, клип «Remember The Name» с первого и единственного альбома сольного рэп-проекта Шиноды Fort Minor

— Судя по ответу можно подумать, что альбом будет сольным, без фичерингов.

— В альбоме есть коллаборации. С blackbear, например, с которым мы выпустили песню «About You». У нас уже была с ним совместная песня — «Sorry for Now» с альбома «One More Light». Перед тем, как начать работать над альбомом я решил, что если на нем будут совместные треки, то они должны быть с людьми, которые знакомы с тем, о чем я пишу, то есть они должны были столкнуться с трудностями в жизни. В итоге так и получилось: эти артисты были либо близки к нам, либо они сталкивались с чем-то подобным на своем жизненном пути. Это смешно звучит, но я не хотел привлекать ребят из группы. Я хотел, чтобы этот альбом был моим личным заявлением, своего рода. И я долго думал, стоит ли добавлять сюда что-то от ребят из группы. И, в конечном итоге, поскольку это мой личный альбом, я решил, что не стоит привлекать группу. Я надеюсь, что у нас с Linkin Park есть будущее, я хочу продолжать работать с группой, но у нас пока нет ответов на вопросы, на которые нам надо ответить. Это займет время. Дейв написал мне пару минут назад, я все время общаюсь с ребятами. Джо скоро приедет. Он живет за городом, и мы вместе проведем время, поужинаем, может быть, заглянем на студию, поделаем что-то. Альбом записывать не будем, но повеселимся. Будем заниматься тем, чем обычно занимаются друзья. Друзья, которые вместе занимаются музыкой.

Читайте также  Инстаграм Ваенга Елена

— Состав Linkin Park был неизменным многие-многие годы, почти 20 лет. Это редкость. Вы вообще ругались?

— В любой группе случаются разногласия, и мы — не исключение. Мы не во всем соглашаемся друг с другом, но стараемся, чтобы это оставалось между нами. Отличным напоминанием того, насколько уникальная наша дружба, было время, когда мы записывали «Hunting Party», 2 альбома назад. Потому что мы работали со многими артистами из групп, которые развалились. Пейдж Хэмилтон из Helmet, Том Морелло из Rage Against The Machine; о System of a Down долгое время ничего не было слышно, а Дарон Малакян принимал участие в записи альбома.

Мы делились историями друг с другом, особенно Том. Мы любим друг друга, мы все — друзья Зака (речь о Заке де ла Рока, вокалисте Rage Against the Machine, который покинул группу на пике ее известности — Прим The Flow), но, очевидно, ребятам не удалось сработаться. И все эти люди спрашивали нас, как все устроено в нашей группе, почему у нас все получается? Отчасти это из-за того, что мы ставим интересы группы выше собственных.

У меня может быть мнение, в котором я очень уверен, но я все равно выслушаю других ребят. Они выслушают меня, я выслушаю их. Мы забудем про наше эго и обсудим все вместе, будь то выступления или бизнес. То же самое и с написанием музыки: у меня есть идея, у кого-то еще есть идея и приходится идти на компромиссы.

Эта способность обсуждать, выслушивать и находить компромиссы и стала отличительной чертой нашей группы. И с течением времени я учился этому у других ребят, стал значительно лучше, а они учились у меня и у других. Честер всегда говорил, что это самые жизнеспособные отношения, которые у него были. Я верю, что так и было.



2004 год, Linkin Park и Jay Z исполняют «Numb / Encore» в клубе Roxy Theatre в Лос-Анджелесе

Альбом Mike Shinoda «Post Traumatic» выходит 22 июня.

20 лет назад вышел «Hybrid Theory» Linkin Park. Мы поговорили с Майком Шинодой о нем

24 октября 2000 года Linkin Park выпустили дебютный альбом «Hybrid Theory», после которого ню-метал и гитарная альтернатива окончательно поселились в поп-чартах. По случаю юбилея Николай Овчинников позвонил сооснователю группы Майку Шиноде и поговорил с ним о наследии Linkin Park, отношениях с журналистами и причинах успеха.

— Забавно, как все поменялось. 20 лет назад журналисты вас критиковали на чем свет стоит, а теперь расхваливают по полной программе переиздание «Hybrid Theory». Как так?

— Тогда все было немного сложнее. С одной стороны, были фанаты, которые любили нашу музыку, понимали нашу музыку. С другой стороны, были люди, которые относились к нам с подозрением: прежде всего, из‑за того, что у нас все получилось так быстро и так хорошо. Они не могли понять, что фанаты действительно любили нас. Они думали, что это был такой деланный продукт.

Было время, когда мы просто приходили в ярость от журналистов, особенно в Западной Европе и Великобритании, которые придумывали самые дикие истории и потом спрашивали нас о них, будто бы это была правда. Что‑то типа: «Говорят, вы били щеночков, это правда?» И мы такие: «Что? Что вы говорите? Мы вообще не слышали о таком». А они такие: «Ну, вот говорят».

Про нас говорили, что мы были деланной группой, типа бойз-бендом и все такое. И в таких ситуациях ты никак не можешь защитить себя. Единственный выход — продолжать жить своей жизнью, делать музыку и заниматься тем, чем должен.

— Откуда этот миф о Linkin Park как о бойз-бенде?

— Оттуда же: мы слишком быстро раскрутились. В итоге [те, кто к нам относился с подозрением] считали, что это лейбл написал песни, выбрал ребят, собрал их и сделал все согласно маркетинговому плану. Дикая дикость. Хоть этот слух не продержался слишком долго, несколько месяцев так про нас говорили.

— Но в итоге все изменилось, и теперь вот говорят о «наследии Linkin Park». Почему, с вашей точки зрения, скептики изменили свою точку зрения?

— Ну, на самом деле, очень многие понимали это сразу. Практически как только мы начали играть. Поначалу в группе были только я и мой друг Марк Уэйкфилд. Мы послали демо парню, чьи контакты были на CD, издававшихся Immortal Records, — это, например, Incubus, Korn. Мы сделали демо на кассете, там было что‑то вроде трех или четырех песен. Он в итоге пригласил нас на встречу, задал несколько вопросов и сказал: «Ребята, вы же еще почти ничего не сделали, но при этом у вас отличное демо. Мне нравится то, что вы делаете, вам нужно собрать группу, выступать, записать настоящий студийный альбом» .

В итоге мы собрали группу. Дейв [Фаррелл, басист] был соседом Брэда [Дельсона, гитариста]. А с Джоном [Ханом, который отвечал за семплы и диджеинг] мы ходили вместе в колледж. Марк и Брэд вместе с Робом [Бурдоном, барабанщиком] играли в одной школьной группе. Потом мы с Марком разошлись, он не был прирожденным исполнителем. Но он любит музыку и теперь занимается менеджментом: System of a Down, Deftones, Alice in Chains, Smashing Pumpkins. В итоге мы нашли Честера [Беннингтона].

В общем, с того момента мы стали рассылать записи слушателям и устраивать концерты. 50 человек уже было неплохо, 100 — и промоутеры говорили: «Вы отлично поработали, парни». И у нас почти всегда получалось. Мы проехали всю страну до Флориды, параллельно рассылая кассеты, стикеры, футболки и прочие вещи тем, кто подписался. На первый наш концерт пришли где‑то 25 человек, но все стало постепенно расти.

— Вы для себя как‑то пытались объяснить растущую популярность?

— Во-первых, мы старались соответствовать возможностям фанатов. В наших ранних листах рассылки половина адресов были обычные почтовые ящики, у людей даже не было имейлов. Но технологии двигались вперед, и мы старались быть на связи с фанатами так, как им было удобно.

Есть еще одна важная вещь. Спроси человека в то время в школе или колледже, что он слушает, ему ответят: «Я слушаю хип-хоп», или «Я слушаю метал», или «Я слушаю что‑то еще». Теперь человек назовет артиста или скажет: «Я все слушаю». В США он скажет: «Я слушаю все, кроме кантри» (смеется). Все изменилось буквально за 15–20 лет.

Мы же сами слушали кучу всего, и наша музыка была как раз про то, чтобы взять элементы из разных стилей и объединить их.

— А что вы на самом деле любили?

— Мы любили Rage Against the Machine, Nine Inch Nails, Wu-Tang Clan, Public Enemy, Depeche Mode. Это очень разные музыканты, и их стиль было странным тогда объединять во что‑то одно, но мы объединяли.

— Еще один юбилей этого октября — 20 лет «Kid A» Radiohead.

— Мне больше нравится «OK Computer», но «Kid A» тоже нравится.

Читайте также  Make pop-punk great again! ТОП-10 тусовочных клипов на стыке тысячелетий

— Так вот, возвращаясь к разговору о медиа, тогда же было такое противопоставление: мол, мы выбираем Radiohead, а вот Linkin Park — это так, фигня.

— Публикации такого типа в медиа напоминают мне значки, которые ты крепишь на рюкзак, когда идешь в школу. Цель — не показать, что эти конкретные музыканты великолепны. Им важно было как‑то манифестировать собственную позицию по отношению к музыке.

Правда, в итоге это оказалось очень глупым. У нас всегда была очень бойкая фан-база, которая готова была разорвать медиа на куски. И то же самое происходит сейчас, скажем, в отношении публикаций о Бейонсе, или BTS, или кого угодно: фанаты просто распнут тебя, если ты раскритикуешь их любимых артистов.

— Когда я переслушивал на бокс-сете с переизданием «Hybrid Theory» треки вроде «Pictureboard» или «She Couldn’t», я словил себя на мысли: «Черт, почему эти песни не вышли тогда?» А вы сами не жалеете об этом?

— Я не знаю. Мир тогда был совсем другим. Мне кажется, что «Hybrid Theory» не стал бы таким альбомом, который повлиял на многих, если бы эти песни были там. Они куда больше подходят именно к сегодняшнему дню, чем к тому времени. Что мне нравится в этих треках, это то, что они показывают, какой группа станет потом. Если вы слышали только «Hybrid Theory», то вы знаете только одну нашу сторону. А вот эти песни вроде «She Couldn’t»… Нет живых барабанов, тяжелых гитар, Честер поет с общим посылом «Ты не один» — это тоже важная составляющая группы. Мне кажется, это такой манифест целой группы. Без этих треков мы бы не пришли к песням вроде «Breaking the Habit» и не стали такими открытыми к экспериментам.

— Сейчас ностальгия по нулевым стала общим местом, и Linkin Park стали частью этой ностальгии. Вам это нравится?

— Я не знаю, у меня нет позиции по этому вопросу. Мне кажется, разные тренды были всегда, и мне в целом все равно. Но чем я горжусь, так это тем, что мы стали частью вот этого смешения стилей и жанров и познакомили фанатов с той музыкой, которую они никогда раньше не слушали.

Мне кажется, ностальгия может быть веселой вещью и помогать людям в самообразовании. 13-летние слушают «Hybrid Theory», переживают какие‑то вещи в первый раз и думают: «О, вот то, что мне нравится». Ребята, которые никогда не играли на гитаре, берутся за инструмент. И это же замечательно. Ребята занимаются музыкой, чтобы услышать что‑то крутое, неожиданное, неизвестное. И многое из этого было создано давно. И потом они — опа! — и находят что‑то, что меняет их жизнь к лучшему.

10 альбомов, изменивших жизнь Майка Шиноды

В феврале 2019 года журнал Metal Hammer расспросил Майка Шинода о главных альбомах в его жизни. О музыке, которая формировала его вкусы и сопровождала в самые важные моменты.

Первый альбом, который я купил…

Run-DMC − Raising Hell (1986)

Я купил его на виниле, когда он только вышел, и треком, который я проигрывал снова и снова был «It’s Tricky». Определенно, это заставило меня захотеть читать рэп. Эта пластинка и передача Yo! MTV Raps. Мы с друзьями обменивались кассетами, и Run-DMC изменили мою жизнь. Это был самый главный альбом того времени, в котором рэп звучал под хард-роковые риффы.

Слушайте Raising Hell — Run-D.M.C. на Яндекс.Музыке

Альбом, который заставляет разгоняться до максимальной скорости…

Ministry − The Mind is a Terrible Thing To Taste (1989)

Когда есть желание прокатиться с ветерком, это лучшая пластинка! Если бы речь шла просто о спокойной поездке, то я бы выбрал Bjork или The Glitch Mob. Но когда нужно выжать педаль газа до упора, это именно тот альбом, который стоит выбрать.

Альбом, который разбил мне сердце…

Nas − It Was Written (1996)

Дебют Наса «Illmatic» — абсолютная классика. Дело даже не в том, что «It Was Written» получился плохим как его продолжение. Просто он не был на том же уровне. К счатью, Нас потом выправился и написал за свою карьеру еще не один великолепный трек, но эта пластинка сильно не оправдала мои ожидания и задела этим за живое.

Слушайте It Was Written — Nas на Яндекс.Музыке

Альбом, который я бы мечтал записать сам…

The Jimi Hendrix Experience − Are You Experienced (1967)

Из дискографии Джими я люблю еще «Axis: Bold as Love», но «Are You Experienced» за гранью понимания. Это альбом, который невозможно сделать лучше. Заглавный трек, «Purple Haze», «Hey Joe» — это одни из моих самых-самых любимых песен.

Альбом, под который я влюбился…

The Doors − The Doors (1967)

Подростком я слышал несколько песен The Doors, но никогда не был их поклонником. Когда я познакомился со своей будущей женой, ее любимой группой оказались именно The Doors, и она спросила, слушаю ли я их. Я хотел впечатлить ее, поэтому соврал, что слушаю. Правда, конечно, вышла наружу, но в конце концов ей удалось заинтересовать меня их музыкой, и теперь я люблю многое из их творчества. Их первый альбом, наверное, мой любимый.

Слушайте The Doors — The Doors на Яндекс.Музыке

Если ребенок спросит у меня, что это за музыка — метал, я поставлю ему…

Metallica — Ride The Lightning (1984)

Я впервые услышал этот альбом в школе, и тогда, в 12-13 лет, ненавидел метал. Но потом вновь вернулся к их музыке благодаря гитаристу Linkin Park Брэду Делсону. «Ride The Lightning» навсегда останется для меня пластинкой, лучшим образом отображающей, что такое метал-музыка.

Никто не поверит, что в моей коллекции есть этот альбом…

Simon & Garfunkel – Parsley, Sage, Rosemary And Thyme (1966)

Я люблю Саймона и Гарфанкела. А еще Кэта Стивенса. Стихи в их песнях по-настоящему хороши, и их записи показывают высокую планку того, чего можно добиться при помощи простых песен и грамотного повествования, передающегося в текстах. Они мастера в этом.

Альбом с лучшим оформлением…

Pink Floyd — Dark Side of the Moon (1973)

Возможно, я выбрал эту пластинку из-за того состояния, в котором нахожусь сейчас. Обложка этого альбома действительно представляет значимость, это классический кавер-арт, и он многое рассказывает и о самом содержании альбома. Такой подход к оформлению мне очень нравится. Я сейчас увлечен минимализмом. И у обложки моего диска «Post-Traumatic» есть такая упрощенность, почти как эффект от чернильных пятен, в которых каждый видит что-то свое.

Альбом, который напоминает о грустных временах…

Sunny Day Real Estate – How It Feels To Be Something On (1998)

Я слушал Sunny Day Real Estate, когда поступил в колледж. Я был сам по себе, вдали от своей семьи и брата. Реалии самостоятельной жизни вдали от близких пугали, как это случается со многими, кто впервые уезжает из дома. Это прекрасный альбом, очень подходящий для такого периода в жизни.

Понравилась статья? Поделиться с друзьями:
Добавить комментарий

;-) :| :x :twisted: :smile: :shock: :sad: :roll: :razz: :oops: :o :mrgreen: :lol: :idea: :grin: :evil: :cry: :cool: :arrow: :???: :?: :!: