Моменты жизни Турбьерна Энглунда: точка ещё не поставлена

Личные проблемы Турбьерна Ягланда

Господин Ягланд несколько дней назад предпринял попытку сфальсифицировать амнистию для осуждённого террориста Сенцова, который, как мы теперь уже знаем, признан террористом не по ошибке.

Вообще-то за такие дела нужно не амнистию требовать для террориста, а электрический стул. Тем не менее досталось и самому Ягланду.

Разговор уже в который раз заходит о финансировании Совета Европы, за которое Ягланд бьётся уже полтора года и конца этой битве не видно. Русские ни за что не соглашаются изменить свою точку зрения.

Это значит только одно – Совет Европы наскочил килем на российское упрямство, как на подводную скалу и надвое распорол своё брюхо. Так значит, как всегда, чертовы русские виноваты?

Я бы тут не стал торопиться с выводами, а лучше бы вспомнил о том, что говорят в таких случаях про США, когда по той или иной причине они выходят из какого-то международного органа, комитета и так далее. Ведь никто особо не возмущается, хотя переговоры с США формально ведутся, но без всякой надежды на успех.

Вспомнить хотя бы, как все происходило с ЮНЕСКО ранее или с комитетом по правам человека ООН совсем недавно. США выходят и уносят с собой финансирование. Ровно так же поступили русские с ПАСЕ, хотя еще не вышли, но денег уже полтора года не дают.

Нужно сказать, что тем временем подходит время принятия решения. Если русские не оплатят 30 миллионов долларов до конца этого года, то теоретически Россию могут исключить из членов Совета Европы. Исходя из того, что это за серпентарий, в какой-то мере можно за Россию порадоваться, но виновна ли в этом Россия?

Как бы это ни показалось странным, но сложившееся положение нельзя назвать сложившемся по вине России. Нам могут сказать, что, дескать, всё это происходит из-за Крыма и так далее, но на самом деле, это происходит по вине Украины, которая без русской армии убивает своих собственных граждан.

Спрашивается, а где был и есть сейчас Совет Европы? Что он сделал для того, чтобы всё это прекратить, когда правящий режим на Украине использовал штурмовую авиацию против собственных городов. Где были всё эти гладкомордые депутаты ПАСЕ, когда штурмовики ракетами расстреливали жилые дома. Мне кажется, что приходит время рассказать этим самым депутатам, что кровь детей Донбасса лежит на них.

Возникает вопрос, должна ли Россия быть соучастником этих кровавых преступлений? А может быть пришло время поднять голос во имя жизни? Как же так? А европейские ценности, свободы, право на родной язык? Нам говорят, что Украина не воюет с Донбассом, а воюет с Россией. Почему же тогда ракетами бомбили именно жилые дома? Почему взрывают конвои с гуманитарной помощью? Если вы воюете с Россией, то идите наступайте на Ростов или Смоленск, но вы же бомбите Донбасс, а там русской армии нет, это знают все.

Мы знаем, что право на родной язык – это европейские ценности, но почему, скажем, Украина, пойманная на том, что не обеспечивает реального двуязычия в стране, и убивающая собственных граждан из-за их русского языка, до сих пор не лишена права голоса в ПАСЕ?

Думаю, я вам легко отвечу – почему. Потому что большинство европейских структур возглавляются родственниками, потомками фашистов. Это, например, относится в министру Обороны ФРГ Урсуле фон дер Ляйен, за её семейством тянется длинный кровавый след народов Европы, Жан Клод Юнкер, Туск, да почти все остальные выходцы из той позорной истории Европы тех лет, где они правили кровавый бал и приказывали – кому на высокий пост, а кому в газовую камеру.

Они уже довольно высоко пробрались по иерархии и начали переписывать те страницы истории Европы, которые запечатлели преступления их предков. Они хотят себя обелить, но по сути, они должны были бы сгинуть и им был дан такой шанс. Просто не высказываться по этому поводу, фашизм был осужден и время залечило бы раны, но им нужен реванш и они они начали обвинять тех, кто свернул голову фашизму.

Россия осталась героической страной и сделать тут ничего не удастся, но попытки будут. Что касается господина Турбьерна Ягланда, то может быть кто-то не знает, но ранее он возглавлял нобелевский комитет и оттуда ему пришлось уйти из-за того, что он способствовал присуждению нобелевской премии мира Бараку Обаме.

Теперь он все так же верно служит преступным и коррумпированным режимам Европы и мира. Мне кажется, что русским пора связать судьбу Совета Европы с главой этой организации, с руководящими в ней арийскими лицами в фашистских касках. Вы скажете мне, что, может быть, это слишком радикальные требования. Скажу вам, нет!

Нужно Европе понять, что ей важнее. Посмотрите, например, на состояние дел в Европе. Вспомните, что я вам говорил, что в Европу идет война и вот теперь я могу смело сказать, что война уже дошла в Европу, как минимум в торговом её выражении. Кто-то сомневается, что она сейчас в Европе возможна?

Все очень просто, сейчас достаточно всего лишь одной спички и всё заполыхает. И вот я сейчас вас спрашиваю, как это могло случиться, когда в Европе есть Совет Европы и на что он вообще влияет, если скатывание к войне он остановить не может.

И на кой чёрт там этот Ягланд, если его конторка ничего решить не может не только с учетом интересов России, но и просто для всей остальной Европы, которая всё ближе и ближе скатывается к войне.

Петер Энглунд: шведы больше не ставят памятников королям

Петер Энглунд — человек, который знает о Полтавской битве все

Петер Энглунд — живой классик шведской исторической науки, академик, автор написанной 20 лет назад монументальной книги «Полтава», где детально, едва ли не по минутам расписан ход знаменитого сражения. С ним беседовал корреспондент Би-би-си Юрий Кушко.

Би-би-си: Остается ли еще в истории Полтавской битвы что-нибудь неясное, такое. что можно назвать terra incognita?

Петер Энглунд: Я бы не стал говорить о terra incognita. Думаю, еще можно отыскать какие-то новые интересные детали, но в целом картина ясна. Хотя есть не до конца выясненные моменты. Например, каковы были действительные мотивы действий Мазепы, какой была его настоящая цель? Но, вероятно, это уже невозможно установить.

Би-би-си: Вы посвятили книгу о Полтавской битве рядовому Эрику Моне, который погиб под Полтавой и чей прах покоится на полтавской земле. Он ваш родственник?

Петер Энглунд: Нет, нет. Хотя у меня есть дальний родственник, который участвовал в битве и потом сопровождал короля Карла XII в Турции. Мне просто захотелось посвятить книгу кому-нибудь из обычных людей — участников сражения, и мне удалось немного разузнать об одном из них. Эрик Моне был рядовым солдатом. Конкретные обстоятельства его гибели неизвестны.

Читайте также  Динамика Cyberpunk 2077 в новом сингле Samurai

Би-би-си: Можно ли считать, что небольшой украинский городок сыграл решающую роль в судьбах России и Швеции?

Петер Энглунд: Разумеется. И для шведской, и для российской империй. Полтава стала поворотным моментом для них обеих. Хотя, на мой взгляд, Швеция в сколько-нибудь долговременной перспективе все равно не могла оставаться главным игроком в северо-восточной Европе, а Россия — второстепенной державой. Это был лишь вопрос времени. Но если бы усиление России, в случае проигрыша под Полтавой, задержалось на 50-100 лет, мы бы жили сейчас в абсолютно другом мире. То, что произошло в 1709 году на Украине, имело огромное значение для всей мировой истории.

Би-би-си: А как сложилась бы судьба Украины, если бы Петр I тогда проиграл?

Петер Энглунд: Кто знает? Вероятно, последовал бы новый раунд войны. Петр I и русская армия могли бы отступить, собрать больше сил для следующей битвы. Даже если бы шведы победили под Полтавой, они, скорее всего, потерпели бы поражение под Москвой. Но мог быть и другой вариант. Учитывая, что война и реформы Петра были очень непопулярны в России, разгром русского войска под Полтавой усилил бы позиции оппонентов и критиков царя, что могло привести к отстранению Петра от власти. Привести Россию к поражению в Северной войне могла не столько неудача на поле боя, сколько внутренние разногласия, усилившиеся в результате такой неудачи. Не думаю, что к победе над Россией могла привести одна военная мощь шведов.

Би-би-си: Вы говорили о возможных последствиях для России. А каковы были бы возможные последствия для Украины?

Петер Энглунд: Последствия для украинской стороны были наиболее радикальными. Поражение под Полтавой в большей мере ощутили именно на Украине, а не в Швеции. Петр I начал искоренять все проявления украинской автономии. А что было бы, если бы он проиграл под Полтавой? Тут начинается область предположений. Мы точно не знаем, чего все-таки хотел Мазепа. Стремился ли он к тому, чтобы Украина стала действительно независимым государством? Или же склонялся к возвращению в состав польско-литовского союза?

Би-би-си: А может, попросился бы под крыло Карла XII? И Украина стала бы частью шведской империи?

Петер Энглунд: Не думаю, что такой сценарий был вероятным. Украина являлась союзницей Швеции, и при этом подразумевалась определенная автономия.

Би-би-си: А что вы вообще могли бы сказать о союзе Карла и Мазепы?

Петер Энглунд: Я бы назвал его весьма оппортунистическим. Шведам в тот момент нужен был союзник, и еще больше им нужна была какая-нибудь территория, не искалеченная войной, в качестве базы. Украина предложила такую базу. Что касается Мазепы, то и он искал собственной выгоды. Казалось, что шведы близки к победе, и гетман наверняка видел в этом шанс, которым стоило воспользоваться, перейдя на сторону победителя. Это давало надежду реализовать его цели — как личные, так и украинской элиты. При этом отношение селян и рядовых казаков к сближению Мазепы со шведами не было однозначным.

Би-би-си: По данным опроса, у шведов нет единого мнения относительно идеи президента Ющенко, так сказать, обменяться памятниками: установить монумент гетмана Мазепы в Стокгольме и Карла XII — в Полтаве. А как проголосовали бы вы?

Петер Энглунд: Надо подумать. Вообще-то мы, шведы, больше не воздвигаем памятников королям и их союзникам. И для Украины те события имели не слишком радостные последствия и заставили страдать многих людей — взять хотя бы разгром Батурина.

ФРИЦ ЭНГЛУНД

Фриц Карл Антон Энглунд родился 22 ноября 1871 года в Стокгольме. Узнав правила шахмат в университете, Энглунд дебютировал в первом шахматном конгрессе Северных стран (1897). Два года спустя Фриц наведался в гости к шахматистам из Дании, но вновь сыграл не слишком успешно в аналогичном турнире. Прорыв произошел чуть позже, когда один из сильнейших шведских игроков занял четвертое место в соревновании северян (1901).

Энглунд являлся ярким приверженцем старой школы, любил атаковать и жертвовать, что иногда вредило его результатам, когда напротив за доской сидели сильные игроки. Например, впервые попав на турнир первой величины, который проводило Германское шахматное общество в 1902 году, Фриц занял последнее место с 6 очками из 21, но при этом выиграл яркие партии у Осипа Бернштейна и других известных шахматистов.

Там же в Ганновере состоялось уникальное событие – гениальный Гарри Пильсбери давал сеанс вслепую участникам турнира. Маэстро пришлось тяжело, ведь с ним боролись далеко не любители. Пильсбери выиграл всего 3 партии при семи поражениях, а его партия с Энглундом завершилась вничью. На мастерском турнире в Бармене-1905 Фриц занял место в середине турнирной таблицы, а в 1907-м выиграл побочный финал чемпионата Северных стран.

Будучи состоятельным человеком, Фриц Энглунд проявил себя и в качестве организатора шахматных состязаний. В 1906 году столица Швеции приняла турнир с участием Карла Шлехтера, Осипа Бернштейна, Якоба Мизеса, Георга Марко и сильнейших местных шахматистов. Через два года по инициативе Энглунда состоялся матч Стокгольм – Гетеборг, вскоре ставший традиционным. Северный конгресс 1912 года почтил своим участием сам Александр Алехин, который набрал 8,5 из 10 – ничья с Энглундом и поражение от Фридлизиуса. На мастерском турнире в Схевенингене Фриц занял 9 место при 14 участниках.

Вскоре в Европе началась Первая мировая война, нанесшая сокрушительный удар по шахматной жизни Старого Света. Однако скандинавские шахматисты продолжали проводить многочисленные местные турниры. Вскоре на мировой арене появилась новая плеяда шведских игроков, которую возглавлял талантливый Гидеон Штальберг.

В 1926-м Энглунд был в числе организаторов товарищеского матча Стокгольм – Ленинград, который выиграли советские игроки с минимальным преимуществом. Шведы оказали ожесточенное сопротивление именитым гостям, а Энглунд поверг Александра Перфильева. Правда, гости играли далеко не сильнейшим составом, но примечательно, что юный Михаил Ботвинник победил 1,5:0,5 Гесту Штольца.

В 1930 году немецкий шахматный журнал «Deutsche Schachzeitung» опубликовал статью латвийского мастера Карлиса Бетиньша о гамбите 1. d4 e5. успешно применяемым чемпионом Австралии Генри Чарликом. Чарлик на 2. de обычно играл 2…d6, но Энглунд пошел дальше и разработал вариант 1. d4 e5 2. de Кc6 3. Кf3 Фe7 4. Фd5. Популяризируя свое детище, Фриц организовал в декабре 1932 года турнир, все партии которого начинались этими ходами. Победу одержал Геста Штольц. Гамбит начали называть «стокгольмским вариантом».

К сожалению, на новогодние праздники Фриц Энглунд сильно заболел и 14 января 1933 года скончался. После этого название «гамбит Энглунда» потихоньку вытеснило названия «гамбит Чарлика» и вариации с упоминанием Стокгольма.

Эгнер Турбьёрн

Турбьёрн Эгнер (норв. Thorbjørn Egner) — норвежский писатель, художник-иллюстратор, композитор, драматург.

Содержание

  • 1 Эгнер Турбьерн / Биография
  • 2 Эгнер Турбьерн / Книги
  • 3 О жизни и творчестве
  • 4 Литературные премии
  • 5 Эгнер Турбьерн / Экранизации
Читайте также  Новые комиксы Джерарда Уэя получили импровизированный трейлер

Эгнер Турбьерн / Биография

Турбьёрн Эгнер родился 12 декабря 1912 г. в г. Кристиания (с 1926 г. — Осло), столице Королевства Норвегия. Отец — Магнус Эгнер (Magnus Egner, 1872–1952), владелец бакалейного магазина, мать — Анна Хансен (Anna Hansen, 1874–1957). Был младшим из трёх детей. Вырос в рабочем районе Кампен, хотя семья считалась довольно обеспеченной. Отец увлекался музыкой и театром, вместе со старшим сыном играл на скрипке, Турбьёрн, его мать и сестра — на фортепиано, вся семья очень любила петь. С ранних лет Турбьёрн Эгнер мечтал сочинять стихи, рисовать, ставить пьесы и играть на музыкальных инструментах. Он даже организовал во дворе оркестр из своих друзей. Ещё в детстве Турьбёрн Эгнер начал работать посыльным в лавке.

В августе 1928 г. он получил работу в офисе фирмы A. Nilson & Co, Coal Agents и одновременно поступил учиться на вечерние курсы Торговой школы в г. Осло, где познакомился с Анни Элиассен (Annie Eliassen). Они поженились в 1937 г., у них родились четверо детей.

В 1930 г. перешёл в компанию A/S Standard-Ost, где заинтересовался рекламой. Некоторое время Турбьёрн Эгнер учился в школе рекламы Oslo Børs reklameskole. В 1930–33 гг. он преподавал драматургию и театральное искусство в студенческом театральном кружке Studentersamfundets Fri Undervisnings Teatersirkel, летом 1933 г. поставил шоу BIFF-revyen в г. Несодден. Также Турбьёрн Эгнер пробует себя как композитор, его песня Aftenvind была номинирована на конкурс Aftenpostens Slagerkonkurranse 1930.

В 1934 г. он совершил путешествие в национальный парк Ютунхеймен и написал об этом статью For første gang i Jotunheimen, которая была опубликована в ежегоднике Норвежской ассоциации туризма за 1934 г. В этом же году он продал скетчи из своего шоу театру Chat Noir в Осло.

В 1933–35 гг. Турбьёрн Эгнер посещал класс рисования в Государственной академии ремёсел и искусства (Statens kunst- og håndverkskole), где учился у художников Эйвинда Нильсена (Eivind Nielsen) и Пера Крога (Per Krohg). С 1934 г. он работал в крупнейшем рекламном агентстве страны Høydahl Ohme. Осенью 1935 г. Турбьёрн Эгнер учился на курсах по рекламному рисунку в школе Рейманна в г. Берлин. В 1940 г. он ушёл из рекламной индустрии, чтобы стать профессиональным писателем и художником.

С осени 1939 г. Турбьёрн Эгнер ведёт детскую колонку в газете Illustrert Familieblad. Его соавтором в этой работе был Сигурд Винснес (Sigurd Winsnes), директор агентства Høydahl Ohme. Так же вдвоём в 1940 г. они написали детскую книгу Barneboka 1940. В соавторстве была написана и вторая книга Den nye barneboka (1941 г.). И только третья книга Småfolk. Barneboka nr. 3 (1942 г.) полностью была создана Турбьёрном Эгнером. Во время войны он писал и иллюстрировал книги для взрослой аудитории, но затем снова вернулся к детской литературе.

В ноябре-декабре 1945 г. Турбьёрн Эгнер учился литографии в г. Копенгаген у Кристиана Серенсена (Christian Sørensen), где познакомился с такими художниками, как Роберт Якобсен (Robert Jacobsen), Ричард Мортенсен (Richard Mortensen), Рудольф Броби-Йохансен (Rudolf Broby-Johansen) и Асгер Йорн (Asger Jorn). В 1946 г. вышел роман Stormen, главный герой которого — учитель младших классов, педагог-реформатор.

С 1946 г. начал как внештатный сотрудник работать в Норвежской вещательной компании (NRK) в программе «Детский час» (Barnetimen), главным редактором которой был Лауриц Йонсон (Lauritz Johnson). В этой программе Турбьёрн Эгнер выступал как рассказчик, постановщик радиоспектаклей, чтец и исполнитель песен. Также он вёл программу «Клуб художников» (Malerklubben), которую пришлось закрыть, потому что она стала очень популярной и редакция не справлялась с потоком приходящих в адрес программы рисунков. В 1952 г. Турбьёрн Эгнер, Альф Прёйсен и Анне–Катарина Вестли были приглашены в новую программу «Детский час для самых маленьких» (Barnetimen for de minste). В этой программе они читали рассказы с продолжением, рассчитанные на 5 дней, и пели песни. Прочитанные в рамках этой передачи рассказы Турбьёрн Эгнер перерабатывал в книги и пьесы.

В 1949 г. вышла книга «Кариус и Бактериус» (Karius og Baktus), хотя одноименный рассказ появился ещё в 1941 г. в сборнике Den nye barneboka, а после этого была сделана версия для радио. В 1955 г. режиссёр Иво Каприно снял по этой книге кукольный мультфильм, который получил международное признание — премию кинокритики на Каннском кинофестивале в 1956 г. Турбьёрн Эгнер не только написал сценарий для этого мультфильма, но и озвучил рассказчика.

В 1953 г. появилась книга Klatremus og de andre dyrene i Hakkebakkeskogen (в русском переводе «Шустрый мышонок и его друзья» и позднее — «Приключения в лесу Ёлки-на-Горке»), созданная на основе радиопередач. В 1955 г. вышла повесть-сказка «Люди и разбойники из Кардамона». Все эти книги проиллюстрировал сам Турбьёрн Эгнер. В дальнейшем он много работал с разными вариантами этих историй, например, для театральных постановок дописывал новые песни, которые при переизданиях добавлялись в книги.

Из интервью Турбьёрна Эгнера

Турбьёрн Эгнер написал более трёх десятков детских книг, которые переведены на более чем 20 языков и постоянно переиздаются. Помимо литературного творчества с 1950 по 1972 гг. он занимался составлением хрестоматий для школы (всего вышло 16 книг), что считал крайне важным делом. Также он переводил классику зарубежной детской литературы — «Винни-Пуха» А. А. Милна (1952, 1953 гг.), «Малыша и Карлсона» Астрид Линдгрен (1956 г.), «Доктора Дулиттла» Хью Лофтинга (1954 г.) и др.

Его произведения многократно ставились на сцене, по ним снимали мультфильмы и кинофильмы. За свои заслуги в 1972 г. Турбьёрн Эгнер был награждён орденом Святого Олафа. Также он стал лауреатом целого ряда литературных и музыкальных премий.

Приключения в лесу Елки-на-Горке : сказка / Турбьёрн Эгнер ; худож. В. А. Каневский

Понравилась статья? Поделиться с друзьями:
Добавить комментарий

;-) :| :x :twisted: :smile: :shock: :sad: :roll: :razz: :oops: :o :mrgreen: :lol: :idea: :grin: :evil: :cry: :cool: :arrow: :???: :?: :!: