Кендрик Ламар получил Пулитцеровскую премию

Цитаты из Библии и истории из гетто: за что Кендрику Ламару дали Пулитцеровскую премию

Кендрик Ламар стал лауреатом Пулитцеровской премии. Редакция портала Москва 24 решила вдумчиво исследовать треки музыканта и выяснить, почему же он стал первым представителем популярной и рэп-музыки, удостоенным этой награды.

Фото: AP/Amy Harris/Invision

16 апреля Кендрик Ламар стал лауреатом престижной Пулитцеровской премии в категории «За выдающееся музыкальное произведение» (американская премия за достижения в области литературы, журналистики, музыки и театра, вручается ежегодно с 1903 года).

Все песни, вошедшие в альбом Damn, посвящены проблемам темнокожего населения Америки, аутентичности происхождения самого Ламара, а также содержат отсылки к огромному количеству литературных и музыкальных произведений и Библии, буквально цитируя отдельные моменты.

Религиозные, более глубокие композиции чередуются с абсолютно типичными рэп-текстами про роскошную жизнь, достижения и крутых парней с огромным количеством нецензурной лексики. И это самый интересный факт во всей истории с Пулитцеровской премией: никогда еще тексты, отмеченные жюри, не были настолько нецензурными . Жюри премии назвало альбом «виртуозной коллекцией песен, объединенных искренностью простонародного языка и ритмичной динамикой, дающих впечатляющие зарисовки множества составляющих современной жизни афроамериканцев».

Blood. («Кровь»)

Фото: AP/Richard Shotwell/Invision

Первым треком альбома стала композиция Blood., которая длится меньше двух минут. В ней рассказывается о том, как Кендрик был застрелен слепой женщиной, которой он пытался помочь. Песня начинается с диалога «Здравствуйте, мэм, я могу вам как-нибудь помочь? Мне показалось, что вы что-то потеряли, я бы хотел помочь вам это найти». Она ответила: «Да-да, ты кое-что потерял. Ты лишился жизни!» После чего слышны выстрелы.

Слепая женщина олицетворяет последствия, которые приведут к вечным мукам в книге «Мишне Тора» или Второзакония, являющегося частью Ветхого Завета. В ней говорится о том, что можно повиноваться Богу и быть благословленным или же ослушаться и быть проклятым. Совершить дурной поступок (англ. –Is it wickedness? Этими словами завершается трек) или признаться в своей слабости (англ. – Is it weakness? Этот вопрос играет ключевую роль на протяжении всего альбома и звучит в той или иной форме в каждом треке).

Выстрелы в Blood. и Duckworth. (последнем треке альбома) воплощают последствия выбранного пути: Кендрик был застрелен, потому что он потерял свой путь, и поэтому был проклят, а в Duckworth он возвращает все назад и остается в живых.

DNA. («ДНК»)

Второй трек альбома начинается со слов Loyalty, got royalty inside my DNA. («Верность, у меня королевское достоинство записаны в ДНК» – прим. ред.). Вполне типичная история самоутверждения темнокожего рэп-исполнителя, который на протяжении всего клипа доказывает, что у него есть деньги, и поэтому ему все можно. Однако клип на эту песню стал настоящей головоломкой и оказался невероятно популярен.

Вместе с музыкантом в ролике снялся актер Дон Чидл, который когда-то сыграл эпизодическую роль в сцене допроса полицией в фильме «Час пик» с Джеки Чаном. В клипе уже сам Чидл допрашивает Ламара, одетого в традиционный костюм для кунг-фу. Герои спорят, все ускоряя и усложняя ритм речитатива на протяжении трека. На фоне этого звучит фрагмент вечернего эфира на канале Fox News, где ведущий Джеральдо Ривера цитирует песню Кендрика Alright и критикует его неприязнь к полицейским. Этот же фрагмент стал концертным интро на фестивале Coachella в 2017 году.

«За последние годы хип-хоп нанес афроамериканцам больше вреда, чем расизм», – продолжает Ривера. Ламар же доказывает обратное, утверждая, что хип-хоп-культура у него заложена в ДНК.

Yah. (англ. разг. «Ага»)

Третий трек альбома получил название Yah., что опять отсылает к Ветхому Завету: Yah – это сокращение от английского Yahweh, Яхва, имя ветхозаветного Бога. Также трек содержит и другие религиозные отсылки, вроде исхода израильтян и книги Второзакония.

Ламар также упоминает своего двоюродного брата Карла Дакворта, который объясняет Ламару суть Книги Второзакония, где говорится о наказании за нарушение заповедей. Фрагмент голосовой почты от Карла появится и в песне Fear.

Как и на предыдущих двух треках, Yah. содержит фрагменты из эфира FOX News, с критикой выступления Ламара на BET Awards–2015: «Кто-нибудь, скажите Джеральдо, что у этого ниггера есть амбиции!»
Согласно журналу Spin, на песню оказала влияние композиция Jesus Walks Канье Уэста с его первого студийного альбома The College Dropout, в которой также были использованы библейские аллюзии.

Element. («Элемент»)

Element. примерно о том, о чем и Loyalty.: о том, насколько крут Ламар, и как он смело выступает один против всего мира. «Отложить Библию и устроить «око за око» / Медленно уничтожать своего врага» – говорит он.

Кендрик исследует свой личный путь самопожертвования и семейные невзгоды, которые до сих пор накапливались в его жизни: разбирает те трудности, что обрушились на его семью и на него лично. То, как это повлияло на него, чтобы в конце концов стать тем, кем он является сейчас: «Мы больше не будем бедной семьей, толкающей наркотики», и далее он рассказывает, как его били на глазах у матери, что его бабушки умерли, а отец сидит в тюрьме. Ламар также упоминает мессенджер Telegram: «Тетя в «Телеграме» пишет: «Будь осторожен!»

Feel. («Чувство»)

В Feel. Кендрик вновь обращается к религиозной тематике: сама песня начинается с многократного повторения слов «Никто не помолится обо мне», а большинство строк – со слов «такое чувство, что. » Несмотря на критический и коммерческий успех последних лет, Ламар ведет с собой эмоциональную и духовную борьбу. В своей музыке он регулярно открывает темные стороны своей жизни – депрессию, с которой он живет с подросткового периода, и ненависть к себе, «ощущение свершающегося Апокалипсиса», а также вспоминает рэпера Тупака Шакура и его альтер-эго – Николо Макиавелли.

Loyalty. («Преданность»)

Трек Loyalty. был записан совместно с певицей Рианной. На протяжении всей композиции они размышляют о ценности и необходимости полного доверия и честности в отношениях между людьми. «Скажи, чему ты предана? Деньгам? Славе? Медным Трубам?»

В конце песни Рианна поет о том, как трудно оставаться скромной: «It’s so hard to be humble. Lord knows I’m tryin'» («Очень сложно быть скромной. Господь знает, что я стараюсь»). Данный финал ведет к песне Pride., который начинается со слов: «Love’s gonna get you killed. But pride’s gonna be the death of you and you and me» («Любовь тебя погубит. Но гордость погубит нас обоих»), а также к композиции Humble.

Pride. («Гордость»)

Это интроспективный трек, который продолжает рассматривать религиозные темы. Принимается во внимание одиннадцатая притча, стих второй: «Придет гордость, придет и посрамление; но со смиренными – мудрость».

Кендрик анализирует свою собственную гордость, а то, что его часто называют лучшим рэпером современности, вызывает напряжение между его идеалами и его поступками. Кроме того, на протяжении всей песни тембр голоса Ламара меняется от высокого к низкому, что подчеркивает контраст между его идеалами и его действиями. Гордыня является одним из семи смертных грехов: в послании Иакова говорится «Бог гордым противится, а смиренным дает благодать». Таким образом, Pride. оказывается в противоречии со следующей композицей Humble.

Humble. («Скромность»)

В видеоклипе на композицию Кендрик предстает в костюме священника, а также создает аллюзию на «Тайную вечерю», где сам восседает на месте Христа. Он, подобно проповеднику, призывает всех смиренно принимать его стихи, собраться вокруг него и выслушать.

Читайте также  Кавер Perfect Day от Karen O и Danger Mouse

Lust. («Похоть»)

В Lust. Ламар рассказывает о том, как он смотрит на скучную жизнь рэп-исполнителей, которые выставляют роскошь напоказ. Кендрик исследует монотонную ежедневную рутину богатых и известных людей, которые часто эксплуатируют похоть как средство самовыражения. Во втором куплете, погрузившись в размышления, Ламар подчеркивает неутолимую жажду людей к роскоши, сексу и вечеринкам.

Love. («Любовь»)

В этом треке Кендрик размышляет о роли женщин в его жизни. Вероятно, речь идет о его невесте, Уитни Элфорд, с которой он встречается со школьных лет: «Вместе уже десять лет, денег только прибавляется. Любовь проходит, но только не наша». На контрасте с предыдущей песней, Ламар утверждает, что деньги ему будут не нужны, если эта любовь пройдет. Если Lust. – о физической, земной любви, то Love – о высокой любви и самоотречении.

В XXX. Кендрик возвращается к политическим темам, противопоставляя реальную жизнь афро-американского населения в гетто и политические конфликты. Он рассказывает, что однажды его друг спросил совета по поводу трагической гибели сына. Кендрик призывает его к мести: «Если кто-то убил моего сына, значит, кто-то умрет». Далее он переводит конфликт на исторический метауровень: американский критик Стивен Хайден отметил, что в стихах артиста прослеживается духовная борьба современной Америки с Ветхозаветным подтекстом.

Fear. («Страх»)

В Fear. Ламар изучает три типа истинного страха людей в возрасте семи, семнадцати и двадцати семи лет. В первом куплете он исследует страх, который испытывает ребнок со строгой матерью, которая запугивает его угрозами за поведение: «Я тебя высеку, если ты прыгнешь на мой диван. Я тебя высеку, если ты не сделал домашнее задание. Я тебя высеку, и тебе лучше не бежать к отцу».

Во втором куплете Кендрик исследует страх подростка в 17 лет, который заключается в страхе смерти от уличных бандитских группировок или полицейской жестокости: «Вероятно, я умру по дороге домой из кондитерского магазина. Вероятно, я умру, потому что я другого цвета». В третьем же куплете Ламар рассказывает о неуверенности в собственных силах, страхе потерять жизнь, которую он построил самостоятельно, ответственности за маму и близких людей.

God. («Бог»)

Фото: AP/Jordan Strauss/Invision

В предпоследнем треке альбома Кендрик как бы отказывается от этих страхов, сравнивая себя с Богом: «Вот, что чувствует Бог!» – говорит он. Ламар хвастается своими успехами перед другими исполнителями, такими как Джей Зи и Джей Ти.

Duckworth. («Дакворт»)

В заключительном треке Кендрик рассказывает историю о том, как отец Кендрика, Дакворт, чуть не погиб от рук нынешнего владельца музыкального лейбла TDA, Энтони Тиффита. В прошлом отец Кендрика работал в KFC, а Энтони принадлежал бандитской группировке и вел криминальный образ жизни. Энтони планировал ограбить кафе, а отец Кендрика давал ему бесплатную еду. В знак благодарности Энтони не стал убивать Дакворта.

Ламар рассуждает о том, что, если бы Энтони убил Дакворта, то босс TDA отбывал бы пожизненный срок в тюрьме, а Кендрик бы рос без отца, не поступил в колледж и умер в уличной перестрелке. После заключающей фразы, слышится звук выстрела, перемотки аудио, после чего Кендрик произносит фразу, с которой начинался альбом: «So, I was taking’ a walk the other day. » (Как-то раз я решил прогуляться. ).

МузыкаDAMN.: Критики о том, почему Кендрик Ламар заслуживает Пулитцеровскую премию

«Чем меньше ложных иерархий, тем лучше»

  • 17 апреля 2018
  • 7052

Кендрик Ламар получил Пулитцеровскую премию в области музыки. Его прошлогодний альбом «DAMN.» был отмечен как «виртуозная коллекция песен, объединённых аутентичностью диалектов и ритмичным динамизмом, представляющих собой волнующие зарисовки о трудностях жизни современных афроамериканцев». Решение жюри премии, которую традиционно вручают академическим композиторам, можно назвать как минимум неординарным, а как максимум — революционным. За всю историю музыкального Пулитцера его всего три раза вручали джазменам, а представителям популярной музыки так и вовсе никогда — до этого года.

Событие можно сравнить с вручением Нобелевской премии Бобу Дилану или включением в Зал славы рок-н-ролла хип-хоп-групп вроде NWA или Beastie Boys: степенный и подчёркнуто ретроградский институт наград вдруг решает пренебречь собственными традициями и отметить наградой тех, кто в прежние годы не рассматривался бы даже как маловероятный претендент. Что это — долгожданное признание поп-музыки (и конкретно — современного хип-хопа) академическими кругами или запоздалая попытка Пулитцеровского комитета сделать премию актуальной и злободневной? Мы узнали у критиков.

Лев Ганкин

музыкальный критик, ведущий радиостанции «Серебряный дождь»

Вручение Пулитцеровской премии Кендрику Ламару — это падение одного из последних бастионов канонического олдскульного сознания, восходящего к эпохе романтизма. Оно говорит, что искусство делится на серьёзное и несерьёзное, и к первому мы относимся с придыханием и восхищением, а ко второму — в лучшем случае со снисходительным одобрением (а чаще и высокомерно-пренебрежительно). То есть это классический вариант Моцарта и Сальери, где Сальери — носитель канонического сознания (и его бесит, что уличный скрипач играет Моцарта), а Моцарту по кайфу, потому что для него этого разделения не существует. Теперь вот и для Пулитцера не существует — и очень хорошо: чем меньше ложных иерархий, тем лучше.

Почему выбор пал на Кендрика? Наверное, из-за редкого сочетания всамделишного таланта, медийной известности и мощного контекста вокруг: то есть это не какой-то самородок, появившийся невесть откуда, а в каком-то смысле промежуточный итог многолетнего развития важного американского музыкального жанра — хип-хопа. Есть традиция, на которую он опирается, и культурное движение, которое он олицетворяет, и не замечать это теперь невозможно даже в консервативно академических кругах. Но это так, предположение.

Кристина Сарханянц

музыкальный критик, автор телеграм-канала «Чушь в массы!»

Думаю, что присуждение премии Ламару — история, куда более значимая для самой институции, чем для артиста. То есть имиджево для «DAMN.» это, конечно, круто, но и только (и вообще, по-хорошему, премии с её нынешней формулировкой «…за песни, в которых отражены трудности жизни современных афроамериканцев» больше заслуживает «To Pimp a Butterfly»). А вот Пулитцер этим решением нарочито, показательно поворачивает к мейнстриму, пытается заскочить в уходящий вагончик актуальности и хоть как-то подать голос в мире американских медиа, где молчание часто трактуется как соглашательство (в первую очередь с происходящим в общественно-политической жизни страны) или как признание в собственной некомпетентности, немощи, незначительности. И тут надо понимать, что премию дали не хип-хоп-артисту, а едва ли не главной поп-звезде страны.

Артём Макарский

Поначалу кажется, что жюри Пулитцера, не сильно думая, просто решило сделать премию более соответствующей действительности (всё-таки награждение в нулевых Адамса, Коулмана и Райха сделало премию какой-то анекдотичной). В 2013-м такая попытка уже была — премию тогда получила молодая композиторка Кэролайн Шоу, и абсолютно заслуженно: даже далёкого от академической музыки человека её «Партита для восьми голосов» явно впечатлит. И вот сейчас впервые, кажется, за историю премии награду получил человек из поп-круга — ну и, казалось бы, всё это лишь потому, что именно Кендрик был в многочисленных топах за год, то есть для омоложения выбрали самый простой вариант.

Вдумчивое переслушивание «DAMN.» показывает, что это не совсем так: это сложноустроенный альбом о происходящем вокруг рэпера и о нём самом. При этом его предыдущий альбом, «To Pimp a Butterfly», так обласканный критиками, довольно сложно переслушивать: в нём есть отличные песни, но он уже воспринимается скорее как памятник своему времени. «DAMN.» же совсем другое дело: несмотря на тяжесть тем, он легковесен, его попросту приятно слушать и переслушивать вновь. На энный раз замечаешь, как Кендрик походя бросает слова, которые в других треках идут названиями: то есть все эти «humble», «love» и «pride» возникают тут не раз и не два. Рэпер умело сталкивает личное и политическое: и жизнь семьи, и приход Трампа — здесь всё органично и довольно уместно. Многое здесь кроется в деталях: местный слушатель при упоминании Telegram, в котором Кендрик переписывается с тётей, может ухмыльнуться, но есть и интернациональные вещи. Кендрик читает куплет задом наперёд и в целом уверенно себя чувствует сразу в нескольких голосовых регистрах. Боно поёт о том, что Америка сейчас звучит как драм-н-бэйс. Даже предложение Кендрика переслушать альбом в обратном порядке не вызывает вопросов: в таком опыте тоже можно что-то найти.

Читайте также  Переиздание альбомов Йоко Оно начнется в этом году

Пулитцер Кендрику с музыкальной точки зрения интересен по нескольким причинам. Во-первых, это очередная легитимизация хип-хопа в академических кругах. Во-вторых, на этот раз наградили не композитора, а автора текстов и продюсера, тщательно отбирающего то, чем будут обрамлены его мысли (так работает сейчас любой большой поп-музыкант, но важно, что это умение наконец признали ценным). Лично меня Кендрик заставил задуматься о том, что пора бы начать больше разбираться в академической музыке — но, возможно, специалисты увидели «DAMN.» под совсем другим углом.

Алексис Петридис

(полная версия на английском — на The Guardian)

Наверное, самый очевидный вопрос, который возникает в связи с присуждением Кендрику Ламару Пулитцеровской премии в области музыки, — не «за что?», а «почему так долго?».

Они [жюри премии] выбрали того, кто одновременно и номер один в своём жанре, и стоит на передовой ренессанса праведного гнева, случившегося после Фергюсона, политически ангажированной чёрной музыки, которая выдерживает сравнение с соулом золотой эпохи, пришедшейся на начало 70-х. Более того, Кендрик доказал, что большой мейнстримовый эффект может произвести музыка, которая никогда не скатывается до низшего общего знаменателя и не недооценивает интеллект своего слушателя. Эта музыка зачастую сложна, узловата, противоречива, клаустрофобична и разобранна; она регулярно отсылает к истории чёрной музыки — от пышного мягкого соула The Chi-Lites до психоделического рэпа Outkast, — но никогда не кажется слишком узнаваемой.

Можно долго спорить, противоречит получение Пулитцеровской премии тому месседжу, который заложен в «DAMN.» или не противоречит. Но едва ли награду, жюри которой так часто попрекают за нерелевантность, можно было выдать более подходящему альбому.

Кендрик Ламар, скандал с Вайнштейном, героиновая эпидемия. Кто и за что получил Пулитцера

Автор фото, Getty Images

Журналисты Cincinnati Enquirer, писавшие о «героиновой эпидемии» в Цинциннати, празднуют победу в номинации «Местный репортаж»

В Колумбийском университете в Нью-Йорке объявили лауреатов Пулитцеровской премии — наиболее престижной награды в области журналистики.

Пулитцеровская премия вручается ежегодно с 1917 года, на данный момент в 21 категории — за достижения в области журналистики (14 категорий), а также литературы, драматургии, истории и музыки (семь категорий).

Размер Пулитцеровской премии с 2017 года составляет 15 тысяч долларов. Лауреат в главной номинации — «За служение обществу» — вместо денежного приза получает золотую медаль.

Русская служба Би-би-си коротко рассказывает о работах, удостоившихся Пулитцера в 2018 году.

«За служение обществу» — Джоди Кантор и Мэган Туэй (New York Times) и Ронан Фэрроу (New Yorker)

Как подчеркнули организаторы премии, расследование, над которым работали Кантор, Туэй и Фэрроу, позволило изобличить богатых и занимающих высокое положение в обществе людей в сексуальных домогательствах и привлечь их к ответственности.

Речь идет главным образом о знаменитом голливудском продюсере Харви Вайнштейне. Журналисты вскрыли накопившиеся за три десятилетия и ранее не известные факты сексуальных домогательств со стороны продюсера, в том числе с применением насилия.

  • Time назвал «человеком года» женщин, рассказавших о насилии
  • New York Times получила Пулитцера за статьи о России и Путине

В их расследовании говорилось, что Вайнштейн стремился к тому, чтобы эти случаи не стали достоянием общественности, и платил женщинам за молчание либо запугивал их.

О домогательствах со стороны Вайнштейна заявили несколько десятков женщин, в том числе актрисы Роуз Макгоуэн, Анджелина Джоли, Гвинет Пэлтроу, Эшли Джадд, Леа Сейду, Мира Сорвино, Розанна Аркетт, Кейт Бекинсейл и Ума Турман.

В итоге Вайнштейна уволили из основанной им компании Weinstein Company и исключили из американской и британской киноакадемий. В настоящее время в отношении продюсера ведется несколько расследований. Жена Вайнштейна, дизайнер Джорджина Чапмен официально заявила, что решила расстаться с ним.

«Журналистские расследования» — Washington Post

Награду в данной категории жюри присудило журналистам Washington Post за серию публикаций о республиканце Рое Муре — политике, обвиненном в сексуальных домогательствах и неподобающем поведении и в итоге проигравшем выборы в Алабаме — одном из самых консервативных штатов США.

Шансы Мура занять кресло сенатора Алабамы начали таять после того, как Washington Post, а следом за ней и другие издания рассказали о том, как Мур в 1970-80-е годы настойчиво искал контактов с девочками-подростками.

Пять женщин заявили о его приставаниях, одна из них рассказала, что у нее была сексуальная связь с Муром, когда ей было 14. Еще одна женщина обвинила Мура в попытке изнасилования, когда ей было 16. Все женщины, чьего внимания в начале 1980-х годов добивался Мур, были тогда несовершеннолетними; ему самому было немного за 30.

На выборах в сенаторы Алабамы, прошедших в декабре 2017 года, Мура, за которого агитировал в том числе Дональд Трамп, обошел кандидат от демократов Даг Джонс. Он стал первым сенатором-демократом от этого южного штата за последние 25 лет.

«Национальный репортаж» — New York Times и Washington Post

New York Times и Washington Post удостоились Пулитцера за серию публикаций о предполагаемом вмешательстве Москвы в выборы президента США и возможных связях окружения Дональда Трампа с Россией.

Как пояснило жюри, награда присуждена за «глубокое и неустанное освещение вопроса в интересах общества, что значительно способствовало пониманию американцами факта российского вмешательства в выборы 2016 года, связей Москвы с предвыборной кампанией Трампа, его переходной командой и членами администрации».

Российские власти все обвинения о вмешательстве в американские выборы категорически отвергают.

«Международный репортаж» — Рейтер

Международное агентство получило приз за материалы о методах, применяемых на Филиппинах для борьбы с наркоторговлей.

Репортеры Рейтер Клэр Болдуин, Эндрю Маршалл и Мануэль Могато рассказали о том, как во время одного из антинаркотических рейдов в окрестностях Манилы было зафиксировано необычно большое число убийств.

Журналисты, в частности, выяснили, что многие из участников рейда приехали в столицу Филиппин из Давао — города, где, будучи мэром, жесткую кампанию по борьбе с наркотиками проводил нынешний президент страны Родриго Дутерте.

Возглавив Филиппины в 2016 году, Дутерте пообещал искоренить наркобизнес и коррупцию в стране, в случае необходимости принеся в жертву миллионы жизней. В 2017 году, уже будучи президентом, он заявил, что в прошлом собственноручно застрелил трех человек.

В рамках антинаркотической кампании на Филиппинах были убиты несколько тысяч человек. Правозащитники и родственники погибших утверждают, что жертвами полиции и «эскадронов смерти» часто становились беззащитные люди.

«Местный репортаж» — Cincinnati Enquirer

Газета Cincinnati Enquirer получила Пулитцера за освещение «героиновой эпидемии», охватившей Цинциннати (штат Огайо).

Более 60 репортеров, фотографов и видеооператоров газеты задокументировали семь дней из жизни жителей города, показав, как смертельная зависимость разорила местные семьи и сообщества.

«Теперь это стало нормой, эта неделя ничем не отличается от других. Однако ужасная ситуация не становится менее ужасной только потому, что она типична. Героин и синтетические опиаты убивают одного американца каждые 16 минут, и то, что это обычное явление , не может служить оправданием для такой трагедии».

Читайте также  Ром от JUDAS PRIEST

Такая же ситуация сложилась в бесчисленном количестве других больших и малых городов по всей территории штатов Огайо и Кентукки, писала газета.

«Художественная фотография» — Рейтер

Агентство Рейтер получило свою вторую премию за шокирующие фотографии, рассказавшие миру о насилии, с которым столкнулись мусульмане рохинджа, вынужденные бежать из Мьянмы.

За что рэпер Кендрик Ламар получил Пулитцеровскую премию? Объясняют филологи СПбГУ

Подписаться:

Поделиться:

На днях Кендрик Ламар стал первым в мире рэпером, получившим Пулитцеровскую премию – его наградили за альбом «DAMN.», который вышел в апреле 2017 года. Заведующая кафедрой английского языка СПбГУ Екатерина Баева и старший преподаватель СПбГУ Мария Орлова проанализировали тексты рэпера и объясняют, почему Ламар достоин одной из самых престижных премий в мире в области журналистики и искусства.

Как и победитель в номинации за художественную литературу, музыкальный призер Кендрик Ламар в этом году вызвал много споров в профессиональных (и особенно консервативных) кругах. Но на самом деле его работы уже давно привлекают внимание критиков и исследователей. Можно сказать, что 2018 год – это время призов «за актуальное». В прозе награду получил роман Less, в общем-то, довольно слабого писателя Эндрю Шона Грира, творчество которого можно скупо описать как «мужчина вдруг понимает, что он гей, а его жене это не очень нравится» – очень современная тема, которую, впрочем, некоторым авторам удавалось раскрыть гораздо более эффектными литературными средствами. Так и с музыкой. Главный месседж хип-хоп культуры – взрыв эстетического кода и провозглашение слома представлений об элитарности поэзии. И выбор претендентов на столь престижные премии, как Пулитцеровская, среди рэперов – это самое прямое свидетельство того, что этот слом свершился, и смешение массовой культуры и элитарной произошло.

Дебютный альбом Кендрика Ламара, good kid m.A.A.d. city, уже воспевали Rolling Stone за «удивительную уличную поэзию», непохожую ни на какие образцы подобного жанра. В нем Ламар обращался к темам тяжелого взросления в районах, ассоциируемых с преступностью и наркотиками. В 2015 году вышел его второй альбом, посвященный социальным и политическим проблемам афроамериканцев в расово компрометированном обществе, где успех сопутствует в основном привилегированному белому населению. Исследователями отмечалось, что одна из центральных тем музыкального нарратива автора – это психическое здоровье: темы депрессии, разного рода зависимостей и моральной устойчивости личности.

В эпоху античности поэзия считалась формой общения с миром божественного, а поэтов считали глашатаями и пророками. Так вот, кажется, что в наше время, когда поэзия проигрывает прозе в популярности и вездесущности, именно рэп-музыкантов можно назвать глашатаями своего поколения и пророками улиц. Как следствие, рэп-поэзия – сложная и многоуровневая по своей социокультурной и художественной тематике – не может не привлекать и внимание литературоведов разных стран. Например, совсем недавно на кафедре романской филологии СПбГУ защищалась дипломная работа, посвященная поэтике жанра слэм, на франкоязычном материале, а в США за последние десятилетия было опубликовано множество исследований хип-хоп и рэп культуры, особенно в свете местных политических проблем гражданского общества и равных прав всех категорий граждан.

Несмотря на кажущиеся отличия от традиционной поэзии, тексты Ламара – это все-таки стихи, и поэтические средства в них использованы вполне стандартные. А если сравнить с поэтическими экспериментами авангардистов первой трети XX века, то и вовсе консервативные. Тексты Ламара, предназначенные для устного воспроизведения, а не для печати, имеют, естественно, свои ритмические особенности. И все же, с точки зрения формальной организации, они устроены так же, как любая поэзия, в них, как и сто лет назад, работают тыняновские «единство и теснота стихового ряда»: постоянные лексические повторы, идентичные синтаксические конструкции, внутренняя рифма (та, которая внутри строки, а не в конце), аллитерация (звуковые повторы) заставляет слова взаимодействовать совершенно особым образом.

Одна из задач культуры хип-хопа – идентифицировать себя как культуру «своих», и противопоставить «чужим». Реализуется она на самых разных уровнях текстовой и внетекстовой реальности, но то, что лежит на поверхности, – это концентрация языковых маркеров, которые определяют социальную принадлежность. Это аграмматичность, ненормативная лексика, сленг, неправильное произнесение слов. Такая поэзия ориентирована на конкретного потребителя, на «своего», которому тоже важно чувствовать себя избранным, быть частью коллектива, и который самоидентифицируется во многом именно бросая вызов традиционным культурным практикам.

«DAMN.» Ламара – концептуальный альбом, смысл которого раскрывается при прочтении и осмыслении треков целиком, а не по отдельности. Он создает иллюзию доверительной атмосферы, подкупающего своей откровенностью исповеди. И ощущение интимности его диалога со слушателем сильно из-за того, что тексты (что уж говорить об исполнении) крайне эмоциональны, порой почти надрывны. Его лирический герой – это как бы он сам: упомянуты имена реальных людей, фрагменты его личной биографии.

В текстах читается попытка героя выявить свои субличности и идентифицироваться с ними. Его эго преломляется в альбоме в разных ипостасях: неоднозначная национальная принадлежность (это и желание вписать себя в афроамериканский бэкграунд, и желание выйти за его пределы и осознать себя частью христианской культуры), попытка религиозного самоопределения (во всех треках – масса отсылок к Новому завету, причем трактовка каждого библейского образа дается через призму поиска себя и поиска веры), утверждение своей роли в семье, творчестве, эгоцентричной маскулинности, особого жизненного сценария, поиски истины в фейковом мире лжи и боли. Лейтмотив альбома – это экзистенциальный выбор. Герой может пойти по пути покорности и смирения, и получить вознаграждение свыше, или выбрать порок и быть в итоге наказанным (попросту – убитым).

Кстати, примерно на тех же темах – жизнь в гетто, социальное положение и духовное развитие людей, выросших в атмосфере насилия и крайней бедности – сконцентрировался Марлон Джеймс, на несколько лет раньше получивший престижную литературную премию за роман «История семи убийств». В 2016 году победитель Букера Пол Бейти в трагикомическом романе «Продажная тварь» подробно описал проблемы афроамериканцев, а лауреат художественного Пулитцера-2017, обласканный критиками и читателями Колсон Уайтхед, в романе «Подземная железная дорога» сделал упор на сочетании расовой привилегированности и жестокости в историческом контексте, так что можно считать, что альбом Ламара – это еще одно актуальное и вместе с тем довольно мощное художественное высказывание на волнующие общество темы. Кажется, жюри Пулитцеровской премии действительно решило выйти из башни из слоновой кости, подчинившись бушующим уличным протестам. Посмотрим в следующем году, не растопчут ли воинствующие подростки нежных интеллектуалов.

Понравилась статья? Поделиться с друзьями:
Добавить комментарий

;-) :| :x :twisted: :smile: :shock: :sad: :roll: :razz: :oops: :o :mrgreen: :lol: :idea: :grin: :evil: :cry: :cool: :arrow: :???: :?: :!: