Именной альбом Chrysta Bell EP: пластинка выше понятий о жанре

Hit-Muzik.ru

Для удаления авторских файлов, пишите по адреcу: [email protected] .
Чтобы ваше письмо не было проигнорировано и было обработано автоматической системой удаления авторских раздач, необходимо соблюдать правила оформления текста:
* Присылайте абсолютные адреса ссылок на торрент-раздачи (с табуляцией, с отступами)
* Ни pdf, ни doc файлы не читаются скриптом, за исключением rtf формата

Просьба это учесть при оформлении письма (ем).

Chrysta Bell — Discography (2011-2019) MP3

Исполнитель: Chrysta Bell
Год: 2011-2019
Жанр: Pop, Dream-Pop

Страна: USA

Продолжительность: 03:01:58
Формат/Кодек: MP3 |Битрейт аудио: 320 kbps

Chrysta Bell David Lynch

TRACKLIST

01. This Train 07:02
02. Right Down To You 05:03
03. I Die 05:26
04. Swing With Me 05:01
05. Angel Star 04:27
06. Friday Night Fly 04:10
07. Down By Babylon 06:42
08. Real Love 04:41
09. Bird Of Flames 04:35
10. Polish Poem 05:55
11. The Truth Is 04:44

Chrysta Bell David Lynch

TRACKLIST

01. Somewhere In The Nowhere 04:36
02. Night Ride 03:21
03. All The Things 04:09
04. Back Seat 03:15
05. Beat The Beat 03:54

TRACKLIST

01. Heaven 04:21
02. Devil Inside Me 03:22
03. Planet Wide 04:01
04. Half Asleep 03:00
05. Monday 03:39
06. We Dissolve 03:25
07. Beautiful 04:07
08. Slow 06:56
09. Over You 04:50
10. Gravity 04:56

TRACKLIST

01. Undertow 05:17
02. 52 Hz 04:00
03. Everest 03:45
04. Blue Rose 05:05

TRACKLIST

01. Tonight We Rise 04:45
02. Feels Like Love 04:30
03. Red Angel 08:35
04. Everest 04:06
05. 52 Hz 04:02
06. Do You Think You Could Love Me? 03:47
07. Time Never Dies 04:51
08. Blue Rose 04:50
09. Vanish 04:30

Какие виниловые издания считаются лучшими и почему?

Я хотел бы посвятить свою статью виниловым пластинкам, изданным в разных странах — в Великобритании, США, Японии. Какие из них считаются лучшими и почему? На что нужно обращать внимание в первую очередь? В чем состоит разница между разными изданиями и странами?

В виниловой записи самым главным является не страна происхождения, а ОРИГИНАЛЬНОСТЬ издания. Только она имеет значение. Не разные заумные и малопонятные технические характеристики, большой вес, экзотический состав виниловой массы и тому подобное, а исключительно оригинальность издания!

Я приведу несколько примеров, чтобы было понятно, что я имею в виду. И начну с небольшого отступления.

Многие любители виниловых пластинок – люди старшего поколения. Они помнят 60-е, 70-е, 80-е годы. Они хорошо помнят, как котировалась тогда японская аудиотехника, разными путями попадавшая в квартиры советских граждан, каким непререкаемым, абсолютным качеством она обладала по сравнению с отечественными моделями. Японская аппаратура была похожа на изделия с другой планеты. И в сознании большинства людей, заставших советскую эпоху, все японское автоматически становится в табели о рангах на первое место, в тои числе и оценка современных японских изданий виниловых пластинок. Что японские записи – это лучшее, что может быть издано на виниле.

Данное утверждение является в разных случаях правильным и неправильным. И вот почему.

Возьмем группу The Beatles, которая большинство своих официальных альбомов выпустила в Великобритании, в компании EMI. Это полностью оригинальные издания, они являются самыми лучшими, без всяких условий. Причем первое место занимают не стерео, а монофонические релизы. Никакие японские, немецкие или иные издания никогда не сравнятся с оригинальным английским. Если мы хотим самое лучшее из записей “Битлз”, мы берем только виниловые пластинки с надписью “Made in UK”. Если вы хотите купить ПЕРЕИЗДАНИЕ, то можно смело брать японские, они дешевле примерно в десять раз, но разница в звучании будет колоссальная. Любопытно, что американские издания The Beatles лучше японских по качеству звука, но и им до оригинала очень далеко.

“Битлз” является группой номер один в мире. В каких только странах ее не издавали! Однако для настоящих ценителей существуют лишь английские релизы. В моей коллекции есть все первые прессы в моно- и стереовариантах, есть издания от MFSL и многих других. Поверьте, я знаю, о чем говорю.

Следующий пример — американские джазовые записи, сделанные в США американской компанией Blue Note. Самая лучшая копия американского джаза будет исключительно оригинальная американская и только она. Никакие копии из Великобритании и Японии не смогут с ней сравниться. Оригинал есть оригинал. Все остальное — это вторые, третьи и другие низкие места.

Если же вы хотите приобрести записи культовых японских джазовых исполнителей, к примеру, Tsuyoshi Yamamoto или Isau Suzuki, то наивысшим качеством звучания будут обладать именно оригинальные релизы, которые записывались в Японии. Любые американские или английские новодельные издания будут лишь бледной копией и никогда не смогут конкурировать с оригиналами по мастерству записи и исполнения.

В абсолютном большинстве случаев, оригинальной записью является так называемый первый пресс. Первые прессы наиболее высоко ценятся среди всех настоящих поклонников виниловых пластинок. Для очень немногих исполнителей есть исключения из общего правила, но число таких исключений исчезающе мало.Я не против японских виниловых пластинок, но если это не первый пресс, то такие записи весьма далеки от идеала. Японцы делают обычные переиздания, но сравнивать их с оригиналами просто неуместно! Не надо слушать бредовые рассуждения некоторых консультантов в аудиосалонах, что мол, современные издания на 45 оборотов или японские переиздания оригиналов лучше самого оригинала или сравнимы с ним. Это либо явная ложь, либо дремучее заблуждение человека, который не то, что никогда не слышал оригинал, но даже ни разу не держал его в руках!

Оригиналы пользуются огромным спросом — они дают максимально качественное звучание, причем на аудиоаппаратуре разного ценового диапазона. Да, оригинал дорог. Может быть и очень дорог. Причин две — наивысшее качество и неповторяемость издания. Оригиналы больше не производят, и этим все сказано. Любые оригинальные вещи, не только пластинки, всегда стоят дороже любой копии.

Друзья, виниловая пластинка – это не просто вещь. Ее можно проигрывать на аудиоаппаратуре и получать огромное удовольствие от прослушивания. Сама по себе, пластинка просто кусок пластмассы, если подходить к ней с утилитарной точки зрения. А с точки зрения мировой музыкальной культуры, пластинка является подлинным шедевром и обладает непреходящей ценностью.

Виниловая тема — очень большой и трудоемкий ресурс, на изучение которого уходят года, и который познается лишь опытным путём. Можно начитаться форумов, наслушаться разных мнений продавцов, но как только вы возьмете в свои руки подлинное, оригинальное издание, и своими, а не чужими ушами, услышите восхитительное качество звучания, вы сразу все поймете!

«»Твин Пикс» — это большая вечеринка»

Криста Белл о музыкальной моде и о двух главных Дэвидах в своей жизни — Линче и Боуи

Ее называют музой Дэвида Линча. Массовая популярность пришла к ней после роли агента ФБР Тэмми Престон в третьем сезоне культового сериала «Твин Пикс» (все сезоны доступны в «Амедиатеке»), но мало кто знает, что Криста Белл прежде всего певица, а уже потом модель и актриса. Она была вокалисткой группы «8½ Souvenirs», а потом начала сольную карьеру. Судьбоносная встреча с Линчем произошла в 1999-м, и с тех пор сотрудничество Кристы и Дэвида не прерывалось. Они записали саундтрек «Polish Poem» к фильму «Внутренняя империя», а также альбомы «This Train» и «Somewhere in the Nowhere». Этим летом вышла новая пластинка Белл «We Dissolve», а в минувший уик-энд она приехала в Москву с концертом.

Читайте также  Что такое синкопа и как ее играть

Фото: Архив пресс-службы

Фото: Heiko Laschitzki

Фото: Архив пресс-службы

Фото: Heiko Laschitzki

Пространство зала Дома архитектора было оформлено в стилистике «Твин Пикс», а сама певица во время нашей беседы, казалось, старалась держаться в образе Тэмми из сериала, хотя была открыта и довольно откровенна. Криста Белл поделилась своей историей, рассказала о том, что значит для нее стиль и каково это — быть частью мистического проекта Линча.

— Криста, какое событие лично вы считаете отправной точкой своего творческого пути?

— Признаюсь честно: я его не помню, потому что тогда еще была у мамы в животе (смеется), но уверена, что волшебный звук ее голоса оказал на меня очень большое влияние. К тому же мама сама мне рассказывала, как как-то раз, начав петь на пятом месяце беременности, она почувствовала, как я активно зашевелилась. Мама тоже была певицей. Самые яркие воспоминания из моего детства — как я завороженно наблюдаю за ней, стоящей на сцене камерного театра или в церковном хоре. Знаете, от нее как будто исходил свет в те моменты. Она была по-настоящему счастлива, когда пела. Музыка впоследствии стала огромной частью нашей с ней совместной жизни, когда я росла, взрослела, менялась — это моя страсть с юных лет. И я всегда знала, что стану музыкантом. Мне кажется, это какой-то идеальный, созидательный путь.

Фото: Heiko Laschitzki

— Знаю, что вы из столицы Техаса — Остина. Этот город считается одним из самых ярких музыкальных центров в Америке. Его дух, атмосфера оказали на вас какое-то влияние?

— Сто процентов. На самом деле я родилась в Сан-Антонио — это небольшое местечко на юге Техаса, а потом — в старших классах школы — уже переехала в столичный Остин. Несмотря на то что эти два города расположены в одном штате, они абсолютно разные. В Остине люди очень дружелюбно настроены к музыкантам, вообще ко всем творческим личностям, и это очень сильно мотивирует. Там я сразу же присоединилась к свинг-джаз группе «8½ Souvenirs», в составе которой пробыла четыре года. Это была большая удача. Понимаете, приезжая в Остин, ты сразу попадаешь в какой-то невероятный музыкальный океан: там очень много певцов, певиц, коллективов, играющих в разных стилях. Мне крупно повезло с коллегами, я общалась с артистами высокого уровня. Мы играли композиции в духе континентального джипси, экспериментировали в других жанрах. За годы, проведенные в этом городе, работая с ребятами, я стала хорошо разбираться в различных направлениях, научилась чувствовать тенденции. Под тенденциями я подразумеваю не моду и мейнстрим, а умение балансировать на грани актуальности и глубины высказывания. Сегодня в альтернативном музыкальном мире наиболее популярны инди-рок и, как ни странно, блюз: поднялась новая волна интереса к нему. Но наряду с этим существует совершенно иная музыка (и такой музыки очень много), которую вообще сложно подогнать под какие-либо стилистические рамки. Не важно, в каком направлении ты движешься, главное, чтобы тебя это захватывало. Публика все чувствует…

— Живя в Остине, принимали ли вы участие в фестивале South by Southwest? Оказавшись на нем, сразу понимаешь: это действительно крупнейшее международное событие в мире музыки…

— Да, событие очень значимое. И мы, конечно, не могли упустить возможность выступить там. Кроме того, на фестивале мне удалось завязать очень полезные знакомства — можно сказать, что это был подарок судьбы. Но не все так просто. Безусловно, это яркое и интересное событие для тех, кто посещает его, чтобы послушать концерты, лекции, посмотреть премьеры голливудских фильмов и раритетное, авангардное кино. Не сомневаюсь, что у людей остается море впечатлений, ярких эмоций, но, когда ты находишься внутри, это очень тяжело. Для артистов это колоссальная работа. Участников очень много, ты должен настроиться, выйти на сцену и уйти вовремя, минута в минуту, поэтому пребываешь в постоянном стрессе. Кроме того, тебе надо выложиться на двести процентов, чтобы быть замеченным, чтобы зрители захотели остаться именно на твоем выступлении. Нам во многом было проще, потому что мы жили в Остине, а музыканты, приезжающие из других городов и стран, насколько я знаю, еще и сами оплачивают дорогу, проживание.

— А как вы начали свою модельную карьеру? Это было как-то связано с музыкальной?

— В каком-то смысле — да. Я с детства очень любила фотографироваться, мучила маму и друзей, устраивала с ними большие любительские фотосессии, заставляя снимать меня в разных нарядах и ракурсах. (Смеется.) Я никогда не сотрудничала именно с модельными агентствами: несмотря на рост и фигуру, у меня достаточно специфический типаж, поэтому быть классической моделью я и не мечтала. Просто появлялись отдельные фотографы, которым была интересна моя внешность, и мы какое-то время работали с ними. Меня всегда привлекал нестандартный, оригинальный подход к съемкам, люди, которые ищут нетипичные образы, пытаются раскрыть и передать в своих работах характер персонажа. Это фотохудожники, у которых получаются не просто красивые кадры, а картины, произведения искусства.

— Какие образы вам нравится на себя примерять? И как они связаны с вашим творчеством?

— Я очень трепетно отношусь к выбору стиля и работаю с дизайнерами, у которых индивидуальный подход к каждому артисту. Мне нравятся смелые экспериментаторы, и я сама не боюсь пробовать что-то новое. Это не эпатаж, не стремление поразить кого-то, а скорее выражение разных творческих мыслей, настроений, постоянный поиск себя. Не думаю, что могу счиаться приверженцем какого-то конкретного стиля, и я редко планирую заранее, что надену на мероприятие, которое состоится, скажем, через месяц. Иногда заходишь в магазин, случайно натыкаешься на какое-то платье, например, и понимаешь, что оно как будто создано специально для тебя. Так у меня появляются самые любимые вещи в гардеробе. Конечно, я интересуюсь модой, ценю умение подать себя, восхищаюсь людьми, которые умеют это делать. Мода — это тоже искусство, и оно работает.

— А что такое для вас мода в музыке? Важно ли быть модным музыкантом?

— Для меня главной иконой стиля остается Дэвид Боуи. Он вышел на новый уровень искусства, показал, что мода может быть другим измерением музыки. Его образы работали так же магически, как и голос. Он был и артистом, и моделью одновременно, его творчество — это сплав разных элементов, среди которых визуальная составляющая играла очень большую роль. Меня не привлекают музыканты, которые просто стараются во что бы то ни стало выглядеть дорого, я также не понимаю людей, которым все равно, в чем выходить на сцену. Это все-таки сакральное пространство, которому нужно соответствовать даже внешне.

— Каково это — быть музой Дэвида Линча?

Читайте также  Скачать книгу Жизнь, смерть и наследие Фредди Меркьюри

— Это прекрасно. Мы уже 16 лет делаем музыку вместе, и за все это время я ни разу не воспринимала наше сотворчество как данность: я отношусь к нему как к большому дару. Дэвид — совершенно уникальный человек с особым видением мира, искусства, тонко чувствующий, вдохновляющий меня во всем. Он всегда дает мне бесценные советы, наставляет меня. Совместная работа над «Твин Пикс» стала очень важным опытом. Линч — это капитан гигантского корабля. Мне, конечно, приятно, когда меня называют музой режиссера, но на самом деле каждый артист, снявшийся в этом сериале, каждый человек, принимающий участие в работе над ним, очень важен. Наш капитан внимателен ко всем, и все участники команды точно знают, почему они в ней находятся, что они делают. Это целый мир, Вселенная, живущая по своей логике и законам. У Дэвида талант: он умеет находить людей, близких ему по духу, и делать так, чтобы они полностью погрузились в его историю. Как правило, если возникает внутренняя связь, то такое сотрудничество длится довольно долго. Мы не просто играем в кино, делаем то, что должны, мы получаем огромное удовольствие от процесса, от общения друг с другом. «Твин Пикс» — это большая вечеринка. Атмосфера внутри коллектива играет свою роль. Во многом именно от нее зависит результат, то, что люди видят потом на экране, что они при этом чувствуют. Возвращаясь к вашему вопросу: мне кажется, все актеры Дэвида Линча — его музы. Он не просто режиссер, он демиург своей Вселенной, волшебник, перформер. У этого человека много разных ипостасей, все они удивительны.

— Многие очарованы сериалом «Твин Пикс», потому что эта история делает тебя соучастником некоей игры, даже если ты всего-навсего зритель. Что чувствуете вы в центре происходящего?

— Это встреча с чудом, постоянное состояние удивления. У меня такое ощущение, что я выиграла в какой-то космической лотерее. Только повышенное чувство ответственности не дает мне полностью оторваться от земли, став частью всего этого, как и моей героине Тэмми.

— Вы считаете себя поющей актрисой или все-таки певицей, которая снимается в кино? Что для вас первично?

— Конечно, я прежде всего музыкант. Роль Тэмми стала для меня приятной неожиданностью, это колоссальный, очень интересный опыт, но я не знаю, продолжится ли моя киноистория после «Твин Пикс», а вот музыка точно будет со мной всегда. Я не могу без нее.

Криста Белл: «Наше творчество с Дэвидом Линчем — это танец»

Американская певица Криста Белл и Дэвид Линч познакомились в 1999 году, и в первую же встречу записали совместную песню. «Как только я его увидела, я поняла, что с этим парнем можно иметь дело», — рассказывает она. Режиссер и его муза (да, именно так ее представляют) записали саундтрек к «Внутренней империи», а потом — два совместных альбома. Этой весной Криста Белл появилась в третьем сезоне «Твин Пикс» в образе агента ФБР Тамары Престон. Закрепляя свой успех, в этом году она выпустила свой первый сольный альбом. Esquire поговорил с Криста Белл о том, каково это — творить вместе с Дэвидом Линчем.

Перед интервью мне сообщили, что Криста Белл — ваше полное имя, хотя многие думают, что Белл — это фамилия. Откуда оно взялось?

Криста Белл (смеется): Моя мама еще в старших классах решила, что если у нее будет дочь, то она назовет ее Кристабель — в честь героини поэмы английского поэта Сэмюэла Тэйлора Кольриджа . Разумеется, через какое-то время она об этом забыла, но на пятом месяце беременности — это с ее слов — я напомнила ей об этом, начав шевелиться у нее в животе. Такая легенда. Только мое имя пишется по‑другому: в поэме это одно слово, а мама разбила его на два. Полностью мое имя звучит так: Криста Белл Цухт — у меня австрийская фамилия. Можно язык сломать, поэтому в качестве своего творческого имени я оставила только Криста Белл.

Очень интересно. А как вас называют друзья и родители?

У нас в семье есть нечто вроде традиции — называть друг друга по инициалам. Так что для родных и друзей я — СиБи. Иногда меня называют полным именем или зовут Беллой, Белль или придумывают свои прозвища — меня это нисколько не смущает. Сама я чаще всего представляюсь как СиБи, мне нравится, как это звучит.

Поговорим о вашем творчестве. Вы занимаетесь музыкой почти двадцать лет. Почему вы решили выпустить свой первый самостоятельный альбом — без Дэвида Линча — только сейчас? (пластинка We Dissolve вышла в июне этого года. — Esquire).

У меня много песен, которые так и не увидели свет, — материала хватит на несколько альбомов. И, как бы я ни любила то, что мы делаем вместе с Дэвидом, мне нужно развиваться как самостоятельному артисту. Почему сейчас? Время выпало удачное — Дэвид как раз собирался снимать новый «Твин Пикс», и я знала, что он будет полностью поглощен этим проектом, и мы не будем творить вместе. А я не могу долго без музыки.

Над последним альбомом мне повезло работать с Джоном Пэришем (музыкант, продюсер, соавтор Пи Джей Харви. — Esquire). У него совершенно иной подход к работе и стиль, но, как и Дэвид, он чувствует музыку, он знает, как пробудить мою внутреннюю силу через мелодии. Альбом получился другим по звучанию и настроению, но это все еще я.

Вместе с Линчем вы записали два альбома?. Кого в них больше — вас или его?

Вы знаете, артистическое начало Дэвида настолько сильное и развитое, что оно буквально поглощает тебя. У нас с ним настоящее, гармоничное взаимодействие, но темп задает он. Дэвид определенно капитан корабля, но мы в одной команде, иначе никогда не добрались бы до цели. Мы часто обсуждаем с ним какие-то вещи. Дэвид может сказать: «Криста Белл, если ты считаешь, что нужно делать именно так — хорошо. Но у меня есть ощущение, что это уводит нас в сторону». Потом он объясняет, и я понимаю, что он прав, и соглашаюсь с ним. Я безумно доверяю его интуиции, а он позволяет мне делать то, что я делаю. Наша коллаборация похожа на танец.

А правда, что вы записали песню с Линчем в первый же день знакомства?

Да, это правда. И этот случай прекрасно иллюстрирует, кто такой Дэвид Линч — он творец и организатор искусства. Мы впервые встретились в его звукозаписывающей студии, с нами был его режиссер Дин Херли. Мы немного поговорили, он послушал мои демо-записи и сказал: «Ты знаешь, Криста Белл, у тебя великолепный голос. У меня есть музыка, над которой я работаю. Ты не хочешь послушать?» В этом весь Дэвид: если у него есть все инструменты для творчества, он не станет ждать следующей встречи.

Читайте также  Лучшие метал-фестивали 2017: куда стоит поехать в этом году?

Мы сели вместе в его студии, он дал мне текст, обозначил интонацию и попросил меня просто начать петь. Я начала напевать мелодии, мы поработали еще и еще — и придумали песню. Мы оба понимали, насколько это бесценный момент. Даже для Дэвида — человека-медиума в иcкусстве. Ведь это не происходит само по себе — звезды должны сойтись определенным образом.

А вы волновались перед встречей? О чем думали в тот момент? «О боже, я иду на встречу с Дэвидом Линчем»?

(смеется) С тех пор прошло около 17 лет, но я до сих пор отчетливо помню тот день. Я знала Дэвида как автора «Твин Пикс» и «Шоссе в никуда», но представление о нем у меня, как у многих, было слегка карикатурное. Он встретил меня возгласом «Криста Белл!!», с сигаретой в зубах и со взъерошенными волосами, а потом широко распахнул руки и обнял. Я очень сильно нервничала, но в тот момент подумала: «Так, с этим парнем можно иметь дело». В его жестах было столько доброты, тепла и понимания, что я сразу успокоилась.

Вас часто, особенно после «Твин Пикса», представляют как «музу Дэвида Линча». Не стало ли это немного раздражать?

Меня довольно давно называют «музой Дэвида Линча», но, поскольку многие узнали обо мне только сейчас, для них эта характеристика звучит по‑новому и свежо. Не могу сказать, что это сильно беспокоит меня, но стало немного утомлять. Я протеже, я соавтор, а «муза»… я не считаю, что это как-то принижает меня, но в наших с Дэвидом отношениях больше глубины.

Кроме того, Дэвиду Линчу не нужна муза, он самый креативный человек, которого я знаю. Даже немного глупо думать, что ему нужно от кого-то заряжаться, кем-то вдохновляться. Он просто источает креатив.

Многие открыли вас после «Твин Пикса». Вы рассказывали в интервью, что Линч никогда не обсуждал с вами роль и она стала для вас полной неожиданностью. Как он это преподнес?

Мы работали над альбомом Somewhere in the Nowhere, и я грустила, потому что понимала, что наша музыкальная глава близится к завершению — у Дэвида новый проект, мы не будем больше вместе работать. Я и подумать не могла, что есть другие возможности. И потом он сказал: «Криста Белл, кажется, у меня есть для тебя роль в моем новом проекте». И ничего больше. Я не знала, что это проект, появлюсь ли я там в качестве музыканта или актрисы, большой ли будет роль или эпизодической.

А потом стало ясно, что это «Твин Пикс»…

Да, и я тогда сказала Дэвиду: «Дэвид, но я ведь не актриса. Это же «Твин Пикс», я должна быть великолепна». Он ответил мне: «Не волнуйся. Я буду помогать тебе до тех пор, пока все не получится. Просто доверься мне». Что я и сделала.

Вокруг «Твин Пикса» было много загадок и тайн, новая информация поступала «волнами». Сначала я узнала, что Дайану сыграет Лора Дерн, — и у меня случилась фанатская истерика, я визжала и кричала — а потом Дэвид сообщил, какая роль достанется мне.

А как это было?

Дэвид разыграл со мной смешную шутку. Он сказал: «Ты будешь играть в сценах с Гордоном Коулом» (в сериале его играет сам Дэвид Линч. — Esquire). Дело в том, что я смотрела «Твин Пикс» в глубоком детстве, так что имя Гордона Коула мне ни о чем не говорило. Я ответила: «Хорошо, Дэвид, я пересматриваю сериал, я еще не добралась до него». И вот однажды ночью я смотрю «Твин Пикс», и тут появляется Коул… И я такая: «Твою ж мать! Как же круто ты все повернул!» Ведь Дэвид даже не ухмыльнулся, когда говорил мне об этом! (смеется)

Потом я получила сценарий и подумала, какой же он внушительный, на что Дэвид мне сказал: «Это только твоя часть». Когда я поняла, что у меня большая роль, у меня случилась новая истерика. Ведь я никогда до этого не снималась, а мне предстояло играть с Лорой Дерн, Мигелем Феррером и Дэвидом Линчем! Мне было страшно, но в тоже время я была безумно воодушевлена — мне нравится выходить из зоны комфорта и бросать вызов самой себе.

А что общего между Криста Белл и Тамарой Престон (героиня Криста Белл в «Твин Пиксе». — Esquire)?

Мы обе очень прилежные, готовые делиться тем, что у нас есть, и быть лучшими версиями самих себя. В нас обеих есть сильное желание, чтобы с нами считались и ценили, и дело не столько в эго, сколько в стремлении делать людей более счастливыми. Мы обе хотим делать что-то полезное, но Тэмми все-таки более собранная, чем я (смеется).

А на своих концертах вы играете или это вы настоящая?

Думаю, что это настоящая я — в чистом виде. Я работаю много месяцев подряд ради одного часа на сцене, поэтому выступление для меня — это счастье, катарсис. Так что на сцене абсолютно точно я — только более свободная и чувственная, делающая только то, что ей хочется.

Криста Белл выступит в Москве 11 ноября в Центральном доме архитектора в Гранатном переулке.

Понравилась статья? Поделиться с друзьями:
Добавить комментарий

;-) :| :x :twisted: :smile: :shock: :sad: :roll: :razz: :oops: :o :mrgreen: :lol: :idea: :grin: :evil: :cry: :cool: :arrow: :???: :?: :!: