Фестиваль независимой музыки БОЛЬ 2018: больная музыка для современного поколения

Боль 2018

Вы здесь

  • Информация
  • Хедлайнеры
  • Лайнап
  • Галерея
  • Место
  • Билеты
  • Авиабилеты
  • Отели
  • Комментарии

Фестиваль “Боль” появился летом 2015-го, носил характер локальной тусы, позиционировался как “Первый фестиваль новой русской рок-волны” и нанес нормальный удар по карману организатора, Степана Казарьяна. Впрочем, потерянные деньги вернулись уже следующим летом, когда “Боль” выросла и в размерах аудитории, и в медиаохвате. Сегодня это, пожалуй, главный независимый фестиваль молодежной музыки, на афишах которого теперь соседствуют ЛСП, Пошлая Молли и датские панки Iceage, Хаски и Слава КПСС, Наадя, Lotic и Moa Pillar.

Купить билеты на фестиваль Боль 2018.

Уже четвёртый год подряд фестиваль «Боль» одним своим названием объясняет ситуацию, происходящую на отечественной независимой сцене в данный момент — это отсутствие возможности быть услышанным без коммерчески обеспеченного старта. Фестиваль оказывает поддержку молодым музыкантам, перемещая их с музыкальной периферии на полноценную сцену. Стараясь разрушить стереотипы о нишевости и непопулярности музыки, которая не звучит по радио, «Боль» стала проектом, конечной целью которого оказалась возможность дать голос как можно большему количеству музыкантов — как российских, так и зарубежных, — с которой фестиваль успешно справляется.

«Электрофорез», «Ssshhhiiittt!», певица Гречка, Хаски, Антоха МС — вот далеко не полный список русскоязычных исполнителей представленных на «Боли» в этом году и собирающих тысячные залы. Знакомые любому интересующемуся независимой сценой в России имена будут соседствовать с американцами Soft Moon и целым легионом ярких команд из Британии: Slaves, Shame, Cabbage, HMLTD, Feet. Так фестиваль станет большим праздником для каждого, кто верит и поддерживает современную музыку — как русскую, так и зарубежную.

Line Up: Slaves (UK) | Tommy Cash (EE) | Хаски | The Soft Moon (US) | Shame (UK) | Электрофорез | Антоха МС | Dominowe (RSA) | Philipp Gorbachev | Motorama | Гречка | Soviet Soviet (IT) | Summer of Haze | HMLTD (UK) | Ssshhhiiittt! | Монеточка | Citizen Boy (RSA) | Дайте Танк (!) | IC3PEAK | Кирпичи | Cabbage (UK) | ГШ | Макулатура | RSAC | Repetitor (SRB) | Спасибо | Super Collection Orchestra | Feet (UK) | Увула | Лето в Городе | Grand Blanc (FR) | Залпом | Бром | Кобыла и Трупоглазые Жабы | Kælan mikla (IS) | Источник | Fogh Depot | ВСИГМΣ | Straight Mickey and the Boyz (SRB) | Несогласие | Дом Престарелых Аутистов | Bad Zu | Мама | Интурист | Яблоня | Mart Avi (EE) | Churchella | Деревянные Киты | Supernova 1006 | Moshchee и другие

В порядке хаоса

Новая «Боль» в старых стенах

С 5 по 7 июля на территории московского Культурного центра ЗИЛ прошел пятый фестиваль современной независимой музыки «Боль». Оценив программу и устройство события, Борис Барабанов решил, что отныне «Боль» для столичного меломана неизбежна.

Российскую «Боль» в этом году удалось прочувствовать британской группе The Good, The Bad & The Queen

Фото: Коммерсантъ / Иван Водопьянов

Фото: Коммерсантъ / Иван Водопьянов / купить фото

Фото: Коммерсантъ / Анатолий Жданов / купить фото

Фото: Коммерсантъ / Анатолий Жданов / купить фото

Российскую «Боль» в этом году удалось прочувствовать британской группе The Good, The Bad & The Queen

Фото: Коммерсантъ / Иван Водопьянов

Фото: Коммерсантъ / Иван Водопьянов / купить фото

Фото: Коммерсантъ / Анатолий Жданов / купить фото

Фото: Коммерсантъ / Анатолий Жданов / купить фото

Переломный момент в истории фестиваля «Боль» наступил в 2018 году, когда он переехал с задворок издательства «Правда» в Культурный центр ЗИЛ. Отечественная независимая музыка в самых разных ее проявлениях столкнулась с шедевром советского конструктивизма и символами давно ушедшей эпохи. При этом ЗИЛ удобен с точки зрения навигации, причуды погоды почти не влияют на ход событий — большинство сцен находятся внутри здания, а дожди чаще всего выглядят логичным дополнением к той дерзкой, шумной, иногда грязной и некомфортной музыке, которую здесь исполняют.

«Боль» начиналась как смотр самой радикальной и неформатной музыки отечественного производства, но сейчас в ее программе становится все более заметно присутствие зарубежной продукции. В этом году на фестивале сыграли большие звезды The Good, the Bad & the Queen и Death Grips, рядом в расписании была и быстрорастущая молодежь — Black Midi и Fontaines D. C. Похоже, для гастрольной компании Pop Farm, организующей «Боль» вместе с продюсером Степаном Казарьяном, фестиваль стал отличной платформой для продвижения в России групп, которые вряд ли с наскока собрали бы аншлаг на сольном концерте. На таком значимом событии, как «Боль», локоть к локтю с титанами вроде лидера The Good, the Bad & the Queen (а также Gorillaz и Blur) Деймона Албарна, они получают стартовый фанатский капитал, который помогает закрепиться на здешних сценах.

В 2019 году на территории фестиваля существенно увеличилось количество зон, брендированных спонсорами, да и сами спонсоры явно стали относиться к фестивалю более серьезно, чем даже год назад. Редко когда можно встретить на субкультурных событиях столь остроумное и аккуратное позиционирование крупных компаний. «МегаФон» специально по такому случаю переформулировал хештег, который используется на всех дружественных ему летних фестивалях: вместо #самыйбыстрый появился #больнобыстрый. А «Тинькофф» разместил в одном из фойе КЦ ЗИЛ огромную надпись: «Я жалею, что подписался на этот фестиваль». Если представить, что это слова главы банка, то складывается идеальная картина абсурдного события, которое происходит вопреки всему, включая пожелания спонсоров. «Тинькофф» также организовал «специальное место» на смотровой площадке культурного центра. Вряд ли где-либо еще можно было найти лучший вид на этот город в сочетании с обзором главной сцены крупного музыкального фестиваля.

Среди зрителей нашлось достаточно тех, кто целенаправленно шел на выступления любимых артистов, руководствуясь расписанием. Но гораздо более продуктивным было бессистемное блуждание по сценам, распределенным по всей громаде КЦ. В процессе такого серфинга корреспонденту “Ъ” не удалось найти ни одной группы, которая была бы неинтересна, и это притом, что большая часть исполняемого на фестивале материала лежала за пределами его музыкального вкуса. Можно было не знать здесь никого, кроме, например, феноменальной госпел-панк-группы Algiers и реликтового «НИИ Косметики» и получать удовольствие от общего действа. В интуитивном серфинге по площадкам зарубежные участники звучали на равных с отечественными, русские здесь не были всего лишь разогревом (хотя так можно было решить, глядя на расписание). Группа «Дайте танк!» выступала на более вместительной сцене, нежели Algiers, и это было вполне логично.

Ощущение общего котла, в котором варится московский постпанк, белорусский рэп, американский рэп-кор, украинский женский поп и сонм диких групп со всей России, прочувствовал и Деймон Албарн. Те, кто был на концерте, отметили, что в этот свой приезд он был особенно дружелюбен и многословен. Возможно, что-то здесь напомнило ему времена Cool Britannia начала 1990-х, и это несмотря на то, что абсолютное большинство из 70 участников фестиваля не показывают по ТВ и не крутят по радио.

«Боль» — это музыка сегодняшнего дня, но не только. Палатки с малотиражным мерчандайзом малоизвестных групп; библиотечные полки, замотанные целлофаном от греха, и «книжный своп» — свободный обмен литературой. Качественный недорогой фастфуд и экологичные фестивальные стаканы. Парни с разрисованными лицами и девушки, думающие о своем под раскаты панка; подростки на продавленных диванах и коврах, слушающие кооперативный поп, записанный еще до их рождения. И от всего этого хаоса — ощущение русского художественного полета, абсолютно органичного сочетания места, времени и контента.

Читайте также  20 лучших российских музыкальных хитов 2020 года

Так получилось, что «Боль» не делается по принципу «давайте возьмем все, что собирает, все, что в ротации, всех, в кого вложены деньги, ну и, так и быть, что там молодежи нравится,— чайную ложку». Музыка будто появляется на этих площадках сама собой, та музыка, которой здесь не может не быть. Если это можно обозначить словом «формат», то это формат.

7 независимых музыкантов из России, которых вы могли не слышать. И зря

hodíla ízba

Слушайте Ходуном — hodíla ízba на Яндекс.Музыке

hodíla ízba Фото: hodilaizba/ Instagram

За два года существования страстный этно-джаз-оркестр из 11 музыкантов (и номинант на премию «Сделано в России») успел поиграть на закрытии ММКФ и фестиваля Bosco, днях рождения героев светской Москвы и модных презентациях, но свой первый альбом под названием «Ходуном» коллектив записал только этим летом. Содержание пластинки — это новое переосмысление фолк-музыки. Собственно, сама группа появилась благодаря слиянию двух проектов: фолк-ансамбля «Комонь» и коллектива «Джазовые хулиганы». В музыке оркестра hodila izba русская традиция перекликается с задиристым танцевальным джазом, обволакивающим атмосферным трип-хопом и регги. Не удивительно, что мало кто способен удержаться от хороводов во время лайвов hodíla ízba и выкриков «иииха» и «эгегей» вместе с четырьмя вокалистками группы в характерной народной манере.

«Молитва»

Слушайте нечего ждать — Молитва на Яндекс.Музыке

Молитва Фото: кадр из видеоролика

Мистический пост-панк-коллектив из Перми «Молитва» хоть и выступает в отработанном со всех сторон жанре, но завораживает особой энергией. На дебютном, вышедшем этим летом, альбоме «Нечего ждать» в самых неожиданных местах возникают то ритуальная перкуссия, то электронный рейв-напор, то классический стрекот железа, то ориентальные гитарные соло — и все это под потусторонней дымкой лоу-фай, словно вся пластинка записывалась в сумерках в чаще леса. Кстати, именно в таких условиях снимался клип на гимн группы «С тобой» с рефреном «с тобой вдвоем вылазим из петель». На Moscow Music Week «Молитва» выступит в рамках кураторского шоукейса Виктора Ужакова из группы Ploho, который устроит смотр самых интересных новых героев российской пост-панк-сцены.

Дарья Виардо

Слушайте Глас — Дарья Виардо на Яндекс.Музыке

Дарья Виардо Фото: darviardo/ Instagram

Жанр «девушка поет и аккомпанирует себе на акустической гитаре» — отдельное явление на российской сцене. На MMW его представляет Дарья Виардо — уроженка Норильска, ранее выступавшая под псевдонимом «Цирковь». В своих песнях Дарья на современном языке инди-артиста говорит с Богом, обращается к апокрифам и сочиняет в интимных текстах собственную православную молитву. Печальным высоким голосом Виардо поет о бедах и невзгодах, но боли в ее словах нет. «Если завтра я проснусь, значит Бог в меня верит», — поет Дарья и рассказывает, что альбом «Глас», вышедший этим летом, стал для нее «формой духовного пути».

Группа ИЛ

Слушайте Мои лучшие друзья — группа ил на Яндекс.Музыке

Группа ИЛ Фото: официальная группа во «Вконтакте»

Любительский коллектив, созданный студентами МФТИ в 2019 году, исполняет музыку куда более затейливую, чем большинство участников студвесен и прочих капустников. По сути, песни этой группы не что иное, как дневниковые записи молодого человека, такие студенческие записки. В них немного простоватые, но очень личные тексты о том, что обычно заботит юных музыкантов — от любви до смысла жизни. И все это в форме постоянно меняющего мелодию прог-рока — жанра, который обычно ассоциируется с более старшим поколением. Голос дневника — пронзительный и мягкий вокал лидера группы Никиты — моментально становится голосом близкого приятеля, с которым непременно хочется обсудить все самое важное и немножко ему поплакаться.

AVRAMOVA!

Слушайте Сеанс — Avramova! на Яндекс.Музыке

AVRAMOVA! Фото: официальная группа во «Вконтакте»

Девичий квартет AVRAMOVA! исполняет танцевальную музыку с отсылками к афроамериканской классике. Басистка Таня Тютюнникова даже шутит, что лишь случайно родилась белой, а на самом же деле она «большая афроженщина». Музыка группы — это самый настоящий грувовый фанк с подвижной ритм-секцией, которую рефлекторно поддерживаешь не только покачиванием головы, но и движением всего тела. В синтезаторных партиях группы чувствуется влияние электрофанка в лучших традициях Херби Хенкока и Talking Heads, а в артистическом вокале — советской поп-музыки 80-х. Вокалистка Даша Аврамова называет музыку коллектива «веселой истерикой, честной и странной». Что вполне похоже на правду.

Tyagotenie

Слушайте Жар — Tyagotenie на Яндекс.Музыке

Tyagotenie Фото: tyagotenie/ Instagram

Мрачный тяжелый фолк из самарских лесов, погружающий в абсолютно шаманский транс. За медитацию отвечает акустическая гитара школьного учителя истории (да, гитарист группы преподает в школе). Мистики добавляет и голос терменвокса — электронного музыкального инструмента, на котором играют, водя руками около антенн. Пробирающий до мурашек голос вокалистки Анны Пучко звучит обращенными к небу и земле языческими заклинаниями, даже если она пропевает закон всемирного тяготения (такое в репертуаре группы тоже есть). Tyagotenie удерживает в напряжении с первой до последней ноты, и доставать во время лайва телефон, чтобы проверить мессенджер, совершенно не хочется. А это ли не лучший комплимент в эпоху тиктока?

Ankobo+Kaboo

Слушайте Incunabula — Ankobo + Kaboo на Яндекс.Музыке

Ankobo+Kaboo Фото: официальная группа Вконтакте

Этно-футуристичная электроника, вдохновленная духом африканского шаманизма и облаченная в форму танцевальной музыки, — так можно определить творчество этой группы. За дух отвечает скрипачка Джейн Анкома. Она и родилась в Питере, но ее род живет в Гане. Композиции Ankobo+Kaboo можно разделить на две части: в акустической Джейн играет на скрипке, а музыкант Митя Бортников — на кото, японской клавишной арфе; в электронной к музыкантам подключается диджей Глеб Алексеев, а Митя переходит на вокал. «В тексте слышны хитро сплетенные отголоски архаичных племенных доязыковых форм, блуждающие от суахили до эсперанто и забирающиеся в русский фольклор», — говорит о них Бортников.

Подготовил Ренат Давлетгильдеев

Больше текстов о политике и обществе — в нашем телеграм-канале «Проект “Сноб” — Общество». Присоединяйтесь

«„Боль“ конкурирует с фестивалями со всего мира» За пять лет небольшой шоукейс новой русской музыки превратился в один из лучших летних фестивалей в стране. Как это произошло?

Фестиваль «Боль» всегда пытался переплюнуть сам себя. Начинавшийся в посткризисном 2015-м как шоукейс русской музыки на 15 групп, выступавших для тысячи человек, уже к следующему году фестиваль вырос втрое, затем — впятеро, затем — вдесятеро.

Но к юбилейной, пятой «Боли» организаторы, кажется, достигли потолка. На фестивале сыграют все: от тяжеловесов The Good, The Bad & The Queen и Death Grips до нынешних любимцев американской и британской критики Black MIDI, Fontaines D.C., Sophie и местных героев сцены IC3PEAK, Shortparis, Монеточки, «Пасош», Масла Черного Тмина и «ГШ». За три дня ДК «ЗИЛ», где второй год проходит фестиваль, должны посетить 15–20 тысяч человек — больше и лучше фестиваля актуальной прямо сейчас музыки в России попросту нет.

Читайте также  Мода и рокеры: музыканты, ставшие лицом модных домов

Фестиваль «Боль»

Сколько: 6 000 рублей

«Сейчас мы ориентируемся на то, что… Ужасное слово. Ориентируемся на то, что на хайпе прямо сейчас в Европе и Америке, — объясняет Андрей Саморуков, совладелец концертного агентства Pop Farm, которое занимается „Болью“ с прошлого года. — В этом году мы привозим группу Fontaines D.C., которая только что выпустила альбом (и альбом отличный) и у которой солдаут-концерты в Америке и Европе. То же самое с группой Black MIDI и певицей Sophie. Будучи полностью независимым фестивалем, мы можем позволить себе букировать даже небольших артистов, которые актуальны прямо сейчас. Этим мы и отличаемся — мы не делаем ставку на большие имена. Билеты продает сам фестиваль. Наша аудитория доверяет нам».

Саморуков знает, о чем говорит: в 2013–2014 годах Pop Farm организовывал в парке Горького фестиваль «Субботник», который строился по более традиционной модели: большие хедлайнеры (Arctic Monkeys и Placebo) плюс несколько модных групп (Savages и Metronomy). Но если тогда конкуренцию за публику и хедлайнеров составляли Пикник «Афиши» и другие местные фестивали, то к 2019 году все поменялась — это уже глобальное соперничество: «Фестивалей в Европе и Америке было меньше, и за эти шесть лет очень многое изменилось — фестивалей куча, все хотят получить Coldplay и Florence + The Machine. Ты проводишь месяцы в мучительных переговорах, конкурируешь со своими фестивальными коллегами по всему миру, страдаешь и испытываешь боль. С „Болью“ все иначе. Нам не нужны большие имена — пока. Аудитория „Боли“ покупает билеты именно на фестиваль, а не на хедлайнеров, и это круто. Это дает нам больше маневров для творчества. Такого лайнапа, как на „Боли“, больше нет ни у кого в России».

С ним соглашается Степан Казарьян из агентства Connected, который и придумал «Боль» в 2015 году. «За несколько лет у нас появилась репутация — не важно, хорошая или плохая, — прослойка людей, которая доверяет нашему вкусу. И это дало возможность продвигать не совсем очевидные группы. И это развязывает нам руки. Андрей прав: букировать артистов сложно, а мы можем все делать загодя — сейчас мы уже выбираем артистов на следующий год».

«У нас за пять лет случилась одна драка — и то между музыкантами»

По его словам, миссия фестиваля не изменилась за пять лет: это все еще фестиваль, который делает ставку на музыку: «Пять лет назад был бум лайфстайловых фестивалей, где всем предлагался не лайнап, а тусовка, уют, возможность сходить на маркет, что-то поесть и прочие приятности, не совсем связанные с музыкой как таковой. Фестиваль начался именно по этой причине: дать место музыке. С тех пор изменился размер — тогда было 15 групп, теперь 115, — но принцип главенства музыки остался».

Зато изменилась аудитория. Пять лет назад это была ограниченная («Хотя меня тогда удивило, насколько таких людей много», — говорит Казарьян) молодежная субкультурная прослойка. Сейчас все по-другому. «Аудитория нашего фестиваля — не знаю, продавец вина из магазина в моем доме, девушка на ресепшене в отеле, прохожие на улице. Теперь они все знают, что это за фестиваль, и являются его аудиторией, — говорит Казарьян. — Это перестало быть сектой».

У «Боли» с самого начала была репутация фестиваля для подростков, на котором все напиваются и дерутся, и поменять ее удалось лишь в прошлом году, с приходом Pop Farm и переездом в ДК «ЗИЛ». Там все выглядело спокойно: пришли взрослые люди, которые играли с детьми, тихо слушали музыку и ели еду из фургончиков. Казарьян не соглашается: «Все всегда было чинно. У нас за пять лет случилась только одна драка — да и то между музыкантами (некоторые из них стали настолько известными людьми, что я лучше не буду называть имена). А так — никаких эксцессов особенных, травмы только в моше. Это всегда была доброжелательная, улыбчивая публика. И мы делаем все возможное, чтобы это сохранить».

Политика и спонсоры

Помимо площадки, Pop Farm решило и многие технические и организационные проблемы фестиваля («Работа со спонсорами, работа по продакшену, сценам, согласования с городом — все, что касается организации и процессов, на которых завязано такое большое мероприятие», — говорит Саморуков). На это ушло много денег — убытки от «Боли» в 2018 году составили около 7 миллионов рублей.

«В этом году у нас хорошая динамика продаж, — говорит Саморуков. — В плюс мы выйдем и надеемся покрыть убытки прошлого года. Нам нужно было время, чтобы рассказать о фестивале брендам. Фестиваль с названием „Боль“ вызывает много разных реакций — от смеха до гнева и испуга. Но в результате диалога со спонсорами у нас возникли контракты: с банком „Тинькофф“, „Мегафоном“, Levi’s. Мы приложили много усилий и потратили много времени, чтобы рассказать и объяснить брендам, что это классный фестиваль, где они смогут вступить в контакт с той самой аудиторией, которая им так нужна».

«Благодаря спонсорам мы смогли увеличить бюджет фестиваля, и такие вещи, как привоз Death Grips, стали возможными, — продолжает Казарьян. — У нас не увеличивается цена на билет радикально. Рост цен сопоставим с уровнем инфляции. Это принципиальное решение, чтобы наша публика оставалась с нами».

«Страшно, если музыку начнут запрещать»: Интервью с IC3PEAK

На «Боли» постоянно выступают музыканты, погруженные в политический контекст. В прошлом году это был Хаски, в этом — IC3PEAK и в каком-то смысле трансгендерная певица Sophie. Отпугивает ли это спонсоров? «Они не особо спрашивают. Мы не фокусируемся на политической позиции людей, которые у нас играют: это молодые люди, которые имеют право на такую позицию. Хедлайнерами они становятся благодаря своим музыкальным способностям. Что касается Sophie, то ни я, ни Андрей не знали про то, что она трансженщина, пока мы ее не забукировали. „Боль“ — фестиваль о музыке, и других способов попасть на него нет. Позиция Хаски или IC3PEAK — это их личное дело, которое нас не касается», — говорит Казарьян.

Pop Farm — большое концертное агентство, которое обычно привозит звезд (Imagine Dragons, The Cure на Пикнике «Афиши», The 1975, Эд Ширан), но на «Боли» оно занимается тем, что открывает публике потенциально больших артистов. В этом есть профессиональный интерес — небольших актуальных артистов Pop Farm привозило всегда, но вид полупустых залов фрустрировал организаторов. На «Боли» же такая ситуация невозможна — пустые залы там невозможны. Саморуков (как и Казарьян) постоянно ездит в Европу и высматривает там следующих звезд. В 2018 году в рамках фестиваля Казарьяну и Pop Farm удалось привезти в «16 тонн» британскую постпанк-группу Idles, которая через пару месяцев после этого начала собирать стадионы.

Читайте также  Документальный сериал ReMastered компании Netflix отдаст дань памяти легендарным музыкантам

«Нам нравится открывать новые имена в совершенно разных жанрах. Даже через десять лет, когда Imagine Dragons будут собирать по десять стадионов „Лужники“, мы все равно будем искать новых Idles и Fontaines D.C. и привозить в Россию», — говорит Саморуков. По его словам, сейчас они рассматривают возможность привезти Idles на следующую «Боль» — но уже в качестве хедлайнера.

С Idles же, вспоминает Казарьян, и началось его сотрудничество с Pop Farm. «В 2017-м Андрей сходил на фестиваль и обратился ко мне с предложением букировать иностранных артистов. Я тогда спросил: „Андрей, а ты точно понимаешь, какого рода иностранные артисты нам нужны? Потому что я сам не понимаю. Скинь мне что-нибудь“. Он скинул, это оказалась группа Idles. Я послушал 30 секунд и предложил ему стать партнером фестиваля».

«Это лайнап классного европейского фестиваля»

Несмотря на рост, «Боль» пока не собираются превращать в полноценный фестиваль на открытом воздухе. В этом есть и технические причины — многие молодые группы, впервые оказывающиеся на таком фестивале, просто не готовы к крупным площадкам, — и идеологические. «Это будет уже другой фестиваль с другой атмосферой. Не говорю, что этого никогда не будет, но пока что мы ценим выработанную с годами атмосферу. Нам важно оставаться в городе, рядом с метро», — говорит Казарьян.

«Мы небольшой фестиваль, бутик-фестиваль, по сути, — продолжает Саморуков. — Но мы развиваемся: фестиваль растет. У нас есть болезнь роста — пока она еще не наступила, мы уже начинаем ее чувствовать, и она появится — так же как у любого фестиваля, как это случилось с Flow или Primavera. В последние годы они были вынуждены начать букировать больших мейнстримовых артистов, чтобы их развитие не останавливалось: Arctic Monkeys, Tame Impala. Я не говорю, что это хорошо или плохо, но это не то, для чего они собирались делать фестиваль. С нами это тоже когда-нибудь произойдет, но нам важно сохранить атмосферу „Боли“. В следующем году мы планируем увеличить вместимость фестиваля, и, возможно, ДК „ЗИЛ“, который мы так полюбили, станет для нас уже маловат».

«Боль» дорожит своей независимостью — это позволяет делать чуть больше, чем другие фестивали. Например, не обращать внимания на альбомный цикл и из года в год принимать неочевидные решения по лайнапу: например, приглашать на фестиваль группу «ГШ» или ростовского музыканта Владислава Паршина (Motorama, «Утро», «ТЭЦ», «Лето в городе»).

«У „ГШ“, как и у Shortparis, прекрасные живые шоу. Для нас это первичнее, чем их популярность или способность продать билеты. Билеты мы и сами продадим. Влад Паршин и всего его группы тоже собирает достаточно большую аудиторию. И я абсолютно убежден, что на следующий день после того, как он завершит свою карьеру, он обретет легендарный статус. Его песни будут цитироваться и так далее. Ну и да, мы можем позволить себе его букировать безотносительно его активности. Фестиваль „Боль“ продолжает оставаться фестивалем с определенной эстетикой, и эта эстетика изначально создавалась под музыку вроде той, что делает Влад или „ГШ“. Поэтому они и остаются», — говорит Казарьян.

Понравилась статья? Поделиться с друзьями:
Добавить комментарий

;-) :| :x :twisted: :smile: :shock: :sad: :roll: :razz: :oops: :o :mrgreen: :lol: :idea: :grin: :evil: :cry: :cool: :arrow: :???: :?: :!: